Покряхтывая, оживали в чреве вертолета старые механизмы, загорались разноцветные огоньки на панели, от которых, казалось, стало немного теплее в салоне. Скрипнув, повернулись огромные лопасти.
В конюшне, притулившейся у бетонного забора в отдалённом углу Хмуровой усадьбы, было тепло, пахло мышами и прелым сеном. Терялись в темноте перегородки стойл, освещенные тусклыми лампами.
Расположившись на соломенной подстилке, Тамара Васильевна баюкала в своих объятиях Надю. Девочка, ещё недавно такая милая и общительная, после изнасилования замолчала и замкнулась в себе. Тамара Васильевна с ужасом подумала о том, что в результате перенесенного шока ее дочь могла онеметь.
— Наденька, доченька моя, ты слышишь меня? Скажи хоть что-нибудь, — просила женщина, прижимая к себе девочку.
Надя открыла наполненные болью и недоумением глаза и тихо спросила:
— Мама, почему люди такие злые?
Две маленькие женщины плакали в полумраке, а за бревенчатыми стенами им вторил зимний ветер. С неожиданной злобой Тамара Васильевна подумала о своём муже. Где он был, такой властный и сильный, когда… и где он сейчас?
— …И где они сейчас? — спросил майор у Али, прикоснувшись рукой к его плечу, словно не верил до конца в его чудесное возвращение.
Рулев вспомнил, как зазвонил мобильник в кармане командира дагестанцев, вломившихся в его квартиру, как тот почтительно выслушал невидимого собеседника и коротко приказал что-то. Майора, бесцеремонно подхватили под руки и, выведя на улицу, затолкали в машину. А дальше все было просто и неинтересно. Они поехали на окраину города и в какой-то заброшенной сараюшке подобрали измученных, но живых Ольгу и Али. Ольгу увезли куда-то под сильной охраной, а Али немедленно возглавил отряд. Ни раны, ни усталость внешне никак не сказывались на нем. Казалось, он отлит из цельного куска стали.
Дагестанец, не оборачиваясь, передал майору прибор ночного видения.
— Справа от дома, у забора. Видишь? — Продолжая пристально всматриваться, Али ткнул пальцем куда-то в кромешную тьму.
— Сарай большой, и часовой у дверей топчется. — Рулев плотно прижал к воспалённым глазам окуляры. — Откуда ты знаешь, что они там?
Али посмотрел на часы и ухмыльнулся:
— Наблюдатели доложили. Два часа назад их выводили на прогулку.
— Чего же мы ждем? Нужно атаковать, — нетерпеливо переминался с ноги на ногу Виктор Михеевич.
— Атакуем, не волнуйся. Вот только Грома дождемся. Он просил без него не начинать.
— Когда же он появится? — хрипло спросил Рулев.
