Ну, насчет «свой» я по-прежнему сильно сомневаюсь, а вот «не чужой» — это, видимо, ближе к истине. Вскоре обнаруживаю, что генерация этих сигналов меня довольно сильно утомляет. Возникающее чувство слабости очень напоминает откат, возникающий при спонтанной активации обостренного восприятия. Похоже, это явления одной природы, но сейчас мне не до теоретических изысканий. Нужно ползти дальше, а силы уходят всё быстрее.
За условную границу минного поля я выбираюсь уже практически без сил, но валяться и отдыхать здесь нельзя. У голема, создавшего эту ловушку, могут оказаться самые неожиданные планы, а вновь попадаться на его пути я почему-то не испытываю ни малейшего желания. Встаю и бреду дальше. Локационные импульсы больше вперед не бросаю. Если я не навоображал себе всякого бреда, мины тайкунов отреагировали на них относительно благожелательно, но это почти наверняка означает, что эти же сигналы подействуют на устройства кибов, как красная тряпка на быка, и они тут же переведут меня в разряд объектов, подлежащих немедленному уничтожению.
Силы восстанавливаются довольно быстро. Похоже, слабость, возникающая после активации умений — это не физическая усталость, а что-то другое, хотя эффекты очень схожи. Как бы то ни было, до нашего почтового тайника я добираюсь без новых проблем и обнаруживаю в нем послание от Данжура.
Одиннадцатое — это послезавтра, так что успеть вполне можно, вот только полученная записка мне совершенно не нравится. Почерк, несомненно, Данжура. Эти угловатые буквы и их специфический наклон трудно не узнать. Проблема в другом. Вернее, даже не одна проблема, а сразу несколько. Мой торговый партнер обычно пишет довольно небрежно, хоть и разборчиво, а тут каждая буква выведена предельно аккуратно. Но это так, мелкий штрих. Гораздо хуже то, что это вообще не стиль Данжура. «Лучше бы тебе быть на месте в назначенное время» — это точно не его фраза. Он бы такое никогда не написал. Ну, если, конечно, ему это предложение не продиктовали, держа нож у горла. Впрочем, мог и сам, если хотел, чтобы я насторожился, прочитав его послание.
Напрягает и последняя фраза про деньги, которые Данжур якобы возьмет с собой с запасом. Мой партнер отлично знает, что мне нужны не монеты, а товар на обмен. Однако пишет он зачем-то именно о деньгах.
И, наконец, главное. На подобные непредвиденные случаи у нас есть договоренность. Если я или Данжур должны друг другу что-то передать, а встреча почему-то не состоялась, у нас неподалеку оборудован общий тайник.
