Автор
Даниэла изо всех сил пытается найти вдохновение для новой коллекции в условиях постоянных съемок и хамства журналистов. Ее помощница и охранник бьются за неё, но сегодня они просто выиграть не могут. Вспышки камер как мухи жужжат вокруг, отвлекая взгляды и мешающие сосредоточиться на работе....
Потому что мои чувства к Каю – это сокровище, над которым я буду чахнуть, как Кощей, и убью любого, кто протянет к нему свои поганые руки. Или мысли.
— Пусти! – Я стряхиваю руку Олега, когда он пытается задержать меня за локоть. Злость и страх превращаются в гремучий коктейль, и когда мое предупреждение не помогает, я дергаю рукой. Меня тянет назад, но я сохраняю равновесие. – Больше не прикасайся ко мне!
Мой голос звучит до противного громко, словно орет запутавшаяся в паутине летучая мышь и глушит сама себя.
Где он? В какой больнице? Что случилось? И почему Олег сказал, что Оля снова нашла неприятности. Муж пытается меня пересилить, так что приходится добровольно выкручивать запястья.
— Успокойся, - звереет Олег и трясет меня до очередного приступа рвоты.
Склоняюсь над унитазом, но в моем желудке не осталось даже желудочного сока, поэтому выхаркиваю из себя бессилие, желчь, обиду и яд обмана, который принимала по неведению. Меня это не оправдывает, но, видит бог, вряд ли любая другая женщина на моем месте могла заподозрить столько лжи.
— Мы едем в больницу. Откроешь рот – и я посажу его."
"— Что? – Я встаю, цепляюсь за слова Олега, чтобы не утонуть в отчаянии.
— Приведи себя в порядок, родная, детали обсудим по дороге. И, вот еще что… - Он протягивает ладонь, нетерпеливо сжимает пальцы. – Будет лучше, если до выяснения всех деталей твой телефон побудет у меня. Обещаю, что верну его, когда мы придем к соглашению и найдем компромисс.
— Я должна тебе поверить? После всего, в чем ты сам признался?
— Нет, родная, конечно же, ты совсем не должна мне верить, и заметь, я этого и не прошу.
