В дымчатых сумерках Винтерфелла ушёл последний из домохозяек и приютов, и только ты — Бастард — остаешься. Каждый шаг ведёт к загадочной тени по имени Старокареффель, которая исчезла вместе с её дочерью Линдси. Подсознательно затаившись, ты осваиваёшь мир, где верить можно только в свои собственные глаза и сердце....
– Вы так считаете?
– Конечно! – всплеснула руками леди Оленна. – И вот что я тебе скажу: Ренли приведет нас к погибели. А все вокруг словно ослепли, и не желают видеть очевидного.
– Так же, как могут привести и Ланнистеры. Цареубийца и Серсея не внушают особого доверия – даже если отбросить все те мерзкие слухи, что крутятся вокруг них.
– Заключая союз с Ланнистерами, мы заключаем его с лордом Тайвином, а не с королевой и ее братом. Они мало что значат. Кроме того, дети не повинны в деяниях родителей. Если бы это было так, – хихикнула леди Оленна.
– Ну право же, бабушка, – засмеялся Уиллас. – Вы святая для нас всех.
– Брось, – отмахнулась она. – Не смущай меня. Я – всего лишь выжившая из ума старуха, которая излишне задержалась на этом свете.
– Возвращаясь к теме разговора… Тайвина Ланнистера не зря кличут Старым Львом.
– Зато зубы и когти его все так же остры, – возразила она. – Да, пока он жив, в нашем союзе мы будем играть подчиненную роль – глупо это отрицать, но лорд Тайвин видится мне куда более надежным союзником, нежели все остальные.
– А как насчет Эддарда Старка?
– А что насчет Эддарда Старка? Дети его мертвы – насколько утверждается в приглашении, а о нем самом нет никаких известий. Никто не знает, где он. И мне очень любопытно, что он скажет… если скажет. Твой олух-отец возможно этого не понимает, но, если бы мы, Тиреллы, бросались сломя голову на первую попавшуюся выгоду – и довольно сомнительную, хочу заметить – мы бы не стали теми, кто мы есть.
– Согласен. – Признал Уиллас. – Мне призвать сюда лорда-отца?
– Да, будь так любезен. Пусть молодые забавляются, пока мы тут немного побрюзжим… и надеюсь, Мейс сделает правильный выбор.
Джон"
"Письменный стол был завален бумагой, на которой я аккуратно выводил абзацы нового устава караульной и внутренней службы гвардии. Кое-что вычеркивалось сразу по прочтении, другое – откладывалось в сторону.
Подобные измышления отвлекали, разгружали мозг.
