В дымчатых сумерках Винтерфелла ушёл последний из домохозяек и приютов, и только ты — Бастард — остаешься. Каждый шаг ведёт к загадочной тени по имени Старокареффель, которая исчезла вместе с её дочерью Линдси. Подсознательно затаившись, ты осваиваёшь мир, где верить можно только в свои собственные глаза и сердце....
– Ох уж эти северянки…
– Что случилось, бабушка? – Уиллас миновал Правого и Левого – двух здоровенных рыжеусых детин-близнецов, телохранителей леди Оленны, и присел рядом с ней на мягкие расшитые подушки.
– Не бери в голову. Скажи мне лучше, чем сейчас занят твой олух-отец?
– Рассиживается с Лорасом и Ренли в Чертоге Роз и строит воистину впечатляющие планы, – улыбнулся Уиллас.
Леди Оленна покачала головой.
– Он все никак не желает отказаться от своей сомнительной затеи?
– Почему вы так против союза с Ренли?
– Потому что Ренли – глупый дурачок, в голове которого гуляет только ветер.
– И как вы считаете, бабушка? Как нам следует поступить?
– Я бы подождала. Спешка и горячая голова еще никого не доводили до добра.
– Вы можете скрасить ожидание этим. – Уиллас протянул свиток. – Прилетел ворон из Утеса Кастерли.
– Как любопытно, – она осмотрела целую печать.
– Оно предназначено вам.
Леди Оленна сломала печать, и острый взгляд впился в слова на бумаге.
– Осмелюсь предположить, пишет Тайвин Ланнистер? – спросил Уиллас.
– Именно так. Он утверждает, что Санса Старк погибла во время пожара в Красном Замке.
– Становится все интереснее… – Уиллас почесал аккуратно подстриженную бородку. – У вас больно довольный вид. Разве вас не беспокоят слухи о произошедшем в Красном Замке?
Леди Оленна пожала плечами:
– Ну да, что-то там я слышала. Кто-то кого-то убил. Разве это так важно?
– Но ведь говорят, что Джейме Ланнистер зарубил Роберта Баратеона.
– Так же говорят, что Эддард Старк в заговоре с беглыми Таргариенами… хотя в это куда сложнее уверовать, признаю. Уиллас. – Ее сухой старческий голос вдруг приобрел нежные нотки. – Ты – мой внук, мой любимый внук, но иногда мне кажется, что все мои наставления проходят мимо твоих ушей. Сейчас определяется будущее нашего дома.
