В дымчатых сумерках Винтерфелла ушёл последний из домохозяек и приютов, и только ты — Бастард — остаешься. Каждый шаг ведёт к загадочной тени по имени Старокареффель, которая исчезла вместе с её дочерью Линдси. Подсознательно затаившись, ты осваиваёшь мир, где верить можно только в свои собственные глаза и сердце....
– Бедняга, – покачал он головой. – Он четыре года прослужил сквайром у Джона Аррена. Его первый выход на ристалище стал последним.
– Теперь о нем никогда не споют песен, – проговорила Санса. – Как жаль.
– Гора специально убил его, да? – спросила Арья.
– Все может быть, – проговорил лорд Эддард. – Сир Григор весьма… Неуравновешенная личность.
– Вам не кажется, что это все как-то подозрительно совпало? – спросил я. – Сначала умирает Джон Аррен, теперь его оруженосец…
– Вполне возможно, – согласился лорд Эддард, и вновь замолчал.
Дальше пошли досужие разговоры, в которых я почти не принимал участия, целиком сосредоточившись на пище.
Вечерняя трапеза подходила к концу. Дело шло ко сну, а мне спать пока не хотелось. Делать было особо нечего, и я прибег к одной из немногих доступных мне панацей – алкоголю.
Я поднялся на внешнюю крепостную стену и устроился между зубцами, неспешно потягивая вино из кувшина, украденного с кухни. Стаи птиц распевали, носясь по закатному небу.
Как же не хватало музыки в такие моменты. Душу бы продал за айпод с набитой под завязку памятью. Неважно чем – главное, чтобы уши было чем заткнуть. Но если подумать, предпочел бы меланхоличное инди – как раз под настроение.
Я чувствовал – развязка была уже не за горами. Но какой вид она примет теперь?
Какого-то определенного плана у меня еще не было: слишком мало информации. Даже если я начну расписывать десятки подробных схем на любой вариант развития событий, каждая из них может рухнуть из-за одной неучтенной мелочи – как оно обычно и бывает.
Ко мне в голову пришла странная мысль – что, в сущности, я не знаю абсолютно ничего. Даже несмотря на то, что обладаю знанием куда большим, чем все остальные.
Я не знал, чем все может кончиться. И если получится так, что я сделаю неверный выбор – то жить буду недолго и гадко.
Конечно, можно все упростить прямо сейчас…
Я встал и с опаской заглянул за парапет, окованный сталью. Волны с ревом набрасывались на острые скалы далеко внизу. Один шаг, как грань между жизнью и смертью. Что ждет меня по ту сторону, сделай я этот шаг? Дом? Но хотел ли я туда теперь?
Вот что меня действительно удивляло: впервые за всю свою жизнь… Я чувствовал себя на своем месте.
