В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
Она не знала, что именно, но знала только одно, больше в ее жизни не будет вольной степи и отчаянных друзей. Вместе с теми, кого она похоронила, умерла и ее воля.
Ветераны отдали ей коня и, развернувшись, не спеша направились к крепости. Взведенные арбалеты лежали на плечах, словно ожидая, что она кинется в атаку. Такая мысль не раз посещала ее, но она умела правильно оценивать свои силы. Кроме того, сейчас ей было не до мести. Всему свое время.
Запрыгнув в седло, она дала шпоры коню и понеслась обратно в Кортес.
Спустя три дня стражники восточных ворот с удивлением пропустили в город измученную всадницу верхом на шатающемся от усталости коне. Предъявив им подорожную с печатью самого сатрапа, она тряхнула поводьями и направилась в сторону дворца.
Лейлу провели во внутренний двор и оставили одну, дожидаться, когда сатрап соизволит дать ей аудиенцию. Измученная усталостью и долгой дорогой, Лейла опустилась на каменную скамью и незаметно для себя уснула.
В чувство ее привел сильный удар кованого сапога. Вскрикнув от боли и неожиданности, она проснулась, первым делом хватаясь за меч. Но ножны оказались пусты. Палаш успели вытащить раньше.
Еще один удар пришелся в челюсть, и девушка рухнула как подкошенная. Ей быстро связали руки и поставили на колени. С трудом сфокусировав взгляд, она увидела сатрапа, сидящего в кресле. Один из наемников вытряхнул мешок и, подняв за волосы голову, повернул ее лицом к сатрапу.
– Это не он, – разочарованно проговорил венценосный пьяница, брезгливо отведя взгляд.
– Где моя сестра? – прохрипела Лейла в ответ.
– О ком она говорит? – деланно удивился сатрап.
– О той малышке, что смогла доставить вам удовольствие, господин, – подобострастно изогнулся один из евнухов.
– Старый ублюдок! Если ты коснулся ее, я тебя уничтожу! Где она?! – забилась Лейла в жесткой хватке наемника.
– Приведите ее. – Усмехнулся сатрап. Евнух поклонился и быстро засеменил к дверям.
– Откройте ей лицо. Я должна знать, что это она, – потребовала воительница, и сатрап кивнул, усмехаясь и явно развлекаясь. Евнух отбросил покрывало и Лейла застонала. Это была ее сестра, но что с ней сделали, она не поняла. На юном лице блуждала странная улыбка.
