В тревожном мраке ночи султан Абдул-Хамид I Блистательной Порты вновь ощущает давнюю опасность. В его воображении вихрь интриг и заговоров, затрагивающих королевский престол. Кровавые игры на двоих между высоким советом и дворянством лишь подогревают беспокойство монарха. Тени неизвестных и чужаков таинственно плетут свои сети, готовясь натравить династию против самой себя....
«Ба-а-ах!» – прогремела третья!
– Раз, два, три, четыре, пять… – громко отсчитывал секунды перезарядки после первого залпа старший вестовой Кокин. – …Двенадцать, тринадцать, четырнадцать! Огонь! – опять отдал команду подполковник… – Огонь! Огонь! Огонь!
От правого редута, стоявшего прямо напротив трибун зрителей, шел непрекращающийся грохот. Клубы серого порохового дыма относило в сторону, и взору открывались ряды егерей, бивших из ружей и тут же перезаряжавшихся.
– Какой хороший темп огня! – воскликнул принц де Линь.
– Да, очень неплохо, – покачал головой граф Сегюр. – Если бы они еще хорошо попадали, а то, может быть, солдаты обучены быстро заряжать, но вот стреляют они… Как это по-русски? В пустоту?
– Это солдаты егерского батальона Егорова, того самого подполковника, который пару месяцев назад со своим новобранцем состязался в стрельбе с прусским атташе, бароном Корфом, и его денщиком.
– О-о, тогда я беру свои слова обратно, граф, – сделал легкий поклон руководителю внешней политики Российской империи французский посланник. – Этот батальон отменно показал себя и на Кременчугских маневрах, и во время сопровождения нас в Тавриду. Их не было видно, но они всегда были где-то рядом, и я не раз чувствовать на себе их цепкий взгляд.
«Шведская пехота» в плотных колоннах в это время вышла на расстояние в сто шагов перед русскими редутами. Ей остался буквально один бросок в штыковую, и она сметет зеленые шеренги с земляных валов.
– Сто! – громко крикнул Гусев.
– Фугасы, пли! – выкрикнул Егоров.
– Вот обормоты, на вас еще терочные фитили тратить, – буркнул Афоня и, сплюнув, резко дернул свой витой шнур.
«Баба-ах! Баба-ах! Баба-ах!» – перед валами встала стена из пламени, и пыли. Клубы черного дыма заслонили все в округе.
Императорская свита с расширенными от удивления глазами наблюдала, как пехотные колонны шведов перед самым правым редутом замерли, потом развернулись и дали деру.
«Ура-а!» – послышалось от валов, и за «условным противником» вылетели цепи солдат в зеленых мундирах.
