После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
Раздел Chitat.online для книги «Бедовый 3. Княжий человек» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Бедовый 3. Княжий человек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И не обнаружил Марфу. Кровать, тумбочки, кресло, прялка. Прялка?
Так, если я правильно помню, привезли мы кикимору без всякого приданого. Откуда тут эта фиговина взялась?
Причем, насколько я понимал, что-то с прялкой было неладно. Нити спутаны, с узелками, колесо кривое, веретено наполовину отломано. Будто принадлежала вещь нерадивой хозяйке. Хотя чего это я? Так и было.
— А этой хреновиной всю ночь стучала, — продолжал жаловаться бес, указав на прялку. — И еще выла.
— Марфа!
— Да чего ты голосишь? Вон сидит, — ткнул пальцем бес наверх.
И правда, в углу, под потолком, в лучших традициях фильмах ужасов, замерла наша кикимора. Как выяснилось, уже к сожалению, наша.
— Спускайся.
Я хотел добавить: «В ногах правды нет», но промолчал. Непонятно за счет чего там висела кикимора.
Марфа послушалась. Хотя вид ее был сердитый и решительный, как у защитника осажденной крепости.
— Ты зачем водку вылила?
— От водки все зло, — сказала она, как отрезала.
— Согласен, — ответил я. — Только не тебе решать, что с хозяйскими вещами делать."
"— Ты мне не хозяин, — ответила та. — Скорее поверенный. Если хочешь им стать, то так и скажи.
— Ага, бегу, волосы назад. Послушай, пока ты живешь у меня, то должна выполнять определенные правила поведения. Своевольства я не потерплю.
— Да чего ты с ней цацкаешься⁈ — возмутился бес. — Дом твой, на нем печати рубежные. Запрети ей и все.
Я уж не стал говорить Григорию, что печати настроены совершенно на иное. Хотя, с другой стороны, почему бы и да? Взять тот же Порог на крови. Если я передвину мысленный бегунок в голове, что лишать нечисть алкоголя — это вред, то в следующий раз печать разрядится на кикимору. И прикрыл глаза, собираясь с мыслями, а когда открыл, то по злобному взгляду Марфы понял — сработало.
— С этим вопросов больше нет?
— Нет, — не сказала, а точнее прошипела та.
— Едем дальше. Зачем Митю зачаровала?
— Мысли у него черные были, на меня направлены.
— Ты и мысли читать умеешь? — напрягся я.
— Скорее намерения.
— И какие намерения у тебя были, когда ты кашу варил? — повернулся я к черту.
От бедняги сейчас можно было прикуривать. Митька натурально пылал всеми оттенками красного.
— Мне… она просто… понравилась, дяденька… Ну, я и помечтал немного.
— Так, нечисть мою не трогать! — сразу понял я, в чем дело. — Или мне и это на печать повесить?
Вопрос был риторическим. Потому что кикимора кивнула.
