После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
Раздел Chitat.online для книги «Бедовый 3. Княжий человек» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
После присяги Великому Новгородскому князю герой не обретает покой. Главный враг всё ещё живёт, а опасная оборотная нечисть подстерегает на каждом шагу. Беды не прекращаются, угрожая всему, что удалось завоевать. Выживание становится единственной целью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Бедовый 3. Княжий человек» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Правда, с таким озлобленным видом, что я начинал всерьез опасаться за свое эмоциональное и душевное спокойствие. Нет, навредить она мне, конечно, напрямую не сможет. Однако испортить жизнь, пока мы не пройдем все пункты мелким шрифтом — это пожалуйста.
— По поводу последнего. Как я понял, прясти — твое хобби. Я в это не вмешиваюсь. Просто по возможности, если, конечно, сможешь, делай это чуть потише. И вой тоже.
— Вообще-то я пою, — почти обиделась Марфа.
— У нас просто Гриша — нечисть с абсолютным слухом. Для него и я вою.
На этом наш разговор был закончен. Я считал, что вел себя в высшей степени дипломатично, применяя метод кнута и пряника. В смысле, не бил твердым пряником, когда ломался кнут. А старался показать свою жесткость и непреклонность, чередуя ее с вежливостью.
Что еще хорошо, моя нечисть осталась вполне удовлетворена проведенными переговорами. Точнее, Гриша остался. Он так и сказал: «Молодец, хозяин, правильно ее пропесочил. Если бы я мог, я бы сам ее и в хвост, и в гриву». Черт знает, что он имел в виду. Митька, кстати, промолчал, но опять покраснел.
Мне же стало ясно другое — с кикиморой мы не уживемся. Изначально мне просто везло с нечистью. Даже с любвеобильным алкоголиком по имени Гриша. Но вот Марфа — иное дело. Бывает так, что проведешь ночь с девушкой и понимаешь — надо бежать, иначе ее тараканы загрызут тебя. Думаю, в голове кикиморы водятся какие-то серьезные термиты. Ладно, ничего страшного. У меня есть идея, кому именно ее можно сплавить. Тем более теперь, когда вопрос с лунным серебром почти решен.
На повестке дня осталось кое-что еще не менее важное. Я обзавелся дополнительными артефактами. И хранить все по-прежнему в рюкзаке было бы глупо. Поэтому после душа и чашки кофе я отправился к себе. Наказав Мите пожарить яичницу. Судя по тому, что у него с негодованием отобрал сковороду Гриша — завтраку быть.
Я же заперся у себя в комнате и начал судорожно думать над самым важным. О слове для Слова.
Первое, что пришло в голову — флюгегехаймен. Я даже представил, как кричу: «Внесите флюгегенхаймен» и вытаскиваю из Слова… что-нибудь эдакое.
Только это не подойдет. Думаю, едва ли у меня одного такое прекрасное чувство юмора. Да и фильм слишком известный. Не хотелось бы связать форму Слова с этим странным инструментом для противоестественных утех и потом погибнуть. Представляю, что будет написано у меня на могиле: «Умер от разрыва… хиста».
