По тропинке заброшенного шоссе прохладный вечер стучал по стеклам автобуса. Кресла были непривычно пустыми, и только рука женщины с коляской выделялась на фоне остальных пассажиров — чужаки в мире тех, кто знал все друг о друге.
Оглушительной оргазм накрыл жаркой волной и едва не сбил с ног своей силой и яркостью. Руки подогнулись, и Саша обессиленно рухнул рядом с Таней, нежно переплетя их пальцы между с собой. Уставшие и счастливые, они лежали рядом и пытались прийти в себя после жаркой скачки в погоне за истинным наслаждением.
Эта ночь принадлежала только им двоим. Сказочная, пропитанная безграничной нежностью и опьяняющей страстью. Они неистово любили друг друга, растворялись в ярких, искрящихся эмоциях и вновь становились единым целым.
Саша трепетно водил пальцами по позвоночнику Тани и упорно боролся со сном. Пора было уходить, но он никак не мог заставить себя покинуть ее, разомлевшую от ласк. Она так отчаянно и доверчиво прижималась к нему, разбивая волю вдребезги.
— Мне пора, — с трудом выдохнул он и невесомо коснулся ее виска губами.
— Нет, — простонала Таня и теснее прижалась к нему. — Полежи еще чуть-чуть. Я так не хочу, чтобы ты уходил…
— Я тоже не хочу, но надо. — Саша сжал руки, крепче обнимая ее. — Скоро в больнице закипит жизнь, и проснется Аслан.
— Как я от этого всего устала… Хочу засыпать и просыпаться рядом с тобой.
— Я знаю, потерпи еще немного. Скоро все закончится, — уверенно пообещал он. Не рассказал Тане о новом плане, но очень надеялся, что он сработает и Ольга сможет найти их дочь.
— Что мне еще остается… — Таня грустно улыбнулась и уткнулась в его шею. Так не хотелось отпускать Сашу. Он был нужен ей, необходим, как воздух, но она понимала, чем чревата такая вольность. Боялась даже представить, что будет, если об их связи узнает Паша. Отчетливо помнила, что заставило ее написать записку: он угрожал убить Сашу… А после того, что пережила от него в последнее время, сомневаться в словах мужа не приходилось.
Саша приподнял ее за подбородок и заглянул в глаза.
— Ты не передумала? Назад дороги не будет.
Таня хитро прищурилась, разгадав его план, и за шею потянула на себя. Он навис над ней, прижимая своим телом к кровати и практически касаясь ее губ своими.
— Хотел задобрить меня и уговорить отказаться? — уточнила она и невольно улыбнулась.
— Ну, был такой вариант, — пошутил Саша и, не сдержавшись, припал губам, растягивая поцелуй, как сладкую жвачку.
