По тропинке заброшенного шоссе прохладный вечер стучал по стеклам автобуса. Кресла были непривычно пустыми, и только рука женщины с коляской выделялась на фоне остальных пассажиров — чужаки в мире тех, кто знал все друг о друге.
"
"— Доброе утро, — еле выдавила из себя Таня и, не поднимая глаз, поставила на стол его чашку, сахар и растворимый кофе. Она физически ощущала его тяжелый взгляд, но не могла понять, в каком он настроении.
— Вы что, поссорились? — хитро прищурившись, спросила Зинаида Федоровна, сразу уловив напряжение, повисшее в воздухе.
— Нет, — в один голос ответили они и вынужденно посмотрели друг на друга. Немой диалог глазами. Дымчато-серые против небесно-голубых. Его злость и ее покорность. Татьяна не выдержала первой и отвернулась, слезы предательски задрожали на ресницах.
Баба Зина все поняла и без них, слишком давно жила на свете, и обмануть ее было не так просто. Сразу почувствовала стаи искр, летавших в воздухе, и решила поспособствовать примирению.
— На вот, попробуй, жена твоя напекла, — подвинула тарелку с блинами.
На аромат свежей выпечки желудок отреагировал мучительным спазмом, напомнив Саше, что последний раз он ел очень давно.
— Спасибо, пока не хочу, — вежливо отказался и покосился на напряженную спину Татьяны. Многое бы отдал, чтобы узнать, о чем она сейчас думает.
— Как ты с ним живешь? — Зинаида Федоровна не сдавалась. — Если бы мой Федот был таким хмырем, давно бы уж отходила его скалкой.
Саша невольно улыбнулся, вспомнив ее мужа. Дед Федот был божьим одуванчиком и на жену свою молился, уж не из-за скалки ли…
— Саш, ну попробуй, она же старалась.
Шумно выдохнув, он сдался и взял один блин.
— Спасибо, вкусно, — холодно прокомментировал и отодвинул тарелку.
— И все? — не унималась бойкая старушка. — А поцеловать?
Уловив смысл ее слов, Татьяна вздрогнула и выронила из рук тарелку. С громким звоном та разбилась об пол, привлекая к себе всеобщее внимание. В этот момент ей хотелось провалиться сквозь землю.
— Баб Зин, давай мы как-то сами… — раздраженно отмахнулся Саша и интуитивно поспешил на помощь.
Холодно и официально, будто они всего лишь случайные знакомые. Татьяна с трудом подавила в себе желание ответить что-то колкое, чтобы задеть его за живое. Понимала, что весь этот спектакль хорошего мужа разыгран для Зинаиды Федоровны, но так отчаянно хотелось ощутить его заботу на себе. Таня завороженно следила за действиями Саши, стараясь лишний раз не дышать.
