Автор
В пятиэтажке посреди городской черты, обычная дверь кажется странной — она словно застыла в замешательном миге, когда мир внезапно рухнул. Здесь чувствуется тональность загадочности и напряженности, как будто обычный день прерван неизвестным пришествием.
— Она вызвала меня к себе, говорила какую-то чушь о том, что должна быть осторожной, не должна никому доверять, кроме нее, что она любит меня как родную и все такое. Я послала ее куда подальше и ушла собираться и ждать тебя. Зашла в ванную, а там они… ползают, две сразу. Я выскочила из комнаты и побежала к охране, в коридоре столкнулась с Рогожским, рассказала все ему. Он вызвал охрану, а мне приказал не соваться, пошел в мою комнату. Все, дальше ты знаешь.
Она снова смотрела в окно, ссутулилась, опустила голову и стала похожа на ту Юльку, что он увидел первый раз, только сейчас ему хотелось увезти ее далеко отсюда, в такие дали, где и сотовая связь не работает.
— Испугалась? — спросил он, и Юлька вдруг помотала головой. — Да ладно, — не поверил Макс, и девушка снова улыбнулась, но уже зло.
— Я все думаю, что они придумают на следующий раз, — сказала она, поправила волосы и в упор посмотрела на Макса в зеркало на лобовом стекле.
Хороший вопрос: что ей делать? И ответ она знает сама. Бежать, разумеется, куда подальше от поселка под соснами и близко к нему не подходить. Сматываться в эту самую Швейцарию и сидеть там, пока не стукнет двадцать пять, а потом весь мир к ее услугам.
Макс съехал на обочину и остановил «Мазду», стучал пальцами по «баранке» и смотрел в окно. Камыш в этом году уродился на загляденье, так и прет изо всех канав, так и колосится приятными на ощупь бархатистыми «цветами», что поздней осенью разлетятся в пух. Юлька молчала, но, судя по взгляду, все еще ждала ответа, и Макс сказал:
— С чего ты взяла, что это Рогожский притащил тебе змей в комнату? И при чем тут петарда?
— Я видела его машину, — почти выкрикнула Юлька, — видела, когда прыгала через барьер.
«А я на азиата грешил…» — Макс обернулся и встретился с Юлькой взглядом.
