Автор
Ночью Холлис ощущал себя как тень в своей диспетчерской. Часы беззвучно подвинулись, а он все сидел, переживая каждую секунду утреннего беспокойства. Только когда его взгляд случайно наткнулся на часы и они показали четверть первого, он сообразил, что уже почти две ночи. Стояний не было видно ни одного человека — даже сменщика....
Он знал, что с этой минуты для него начинается новая жизнь.
Глава 3
1
Солнце застыло на небосводе, половина первого пополудни. Легкий ветерок с запада начал ослабевать. Паруса громко хлопали, и яхта покачивалась на зыби. Капитан, в пятидесяти ярдах за кормой, рассекая волны, нагонял судно.
Деннисон поднял глаза к безоблачному небу. «Ветер», — прошептал он.
Ни малейшего дуновения. Кеч медленно покачивался, паруса обвисли. Тяжелые гики качались вверх и вниз, скрипя при каждом движении.
Двигаясь, как во сне, Деннисон попытался натянуть паруса.
«Почему я решил сбросить его за борт именно в полдень? — спросил Деннисон сам себя. — Ведь в полдень ветер всегда замирает. Мы с Джеймсом как раз говорили о ветре. Почему именно сейчас?»
Двигатель!
Он может завести двигатель и уплыть отсюда. У них тридцать галлонов бензина, это пять миль на галлон на полной мощности. Между ним и капитаном пролягут сто пятьдесят миль.
Но теперь Джеймс был в каких-то пятнадцати ярдах от кеча. Завести мотор — это вам не просто нажать на кнопку. Он должен будет спуститься вниз и отцепить трап, чтобы не мешал. Затем включить главный аккумулятор. Еще необходимо открыть два вентиля бензопровода, один у карбюратора, а второй у бака. Потом отвернуть вентиль охладительной системы. Отыскать заводную ручку и взять ее с собой наверх, чтобы запустить двигатель. И лишь затем он может нажать кнопку зажигания и молиться, чтобы двигатель ожил.
Эта процедура была самой обычной. Двигатель парусной яхты всегда размешался в безопасном месте. И завинченные клапана и вентили были лишь мерой предосторожности. Но Деннисону понадобится время, чтобы успеть все их найти и открыть. По меньшей мере минут десять. Нет никакой возможности сделать это сейчас, когда Джеймс был всего в двадцати футах за кормой и продолжал плыть.
У Деннисона закружилась голова. На крыше рубки находился привязанный к марлиню багор.
Капитан Джеймс увидел направленный на него багор и остановился, держась вертикально на плаву, в пяти футах от кормы.
— Что это за шуточки? — закричал он. — Помоги мне забраться на борт!
Значит, капитан все еще не желает взглянуть фактам в лицо! Он продолжает считать, что все это было не более чем шуткой.
Вполне вероятно.
