В глубоких тених севера, среди жестокой войны, где кровь текла реками, ставленник правителя наблюдал за радостями народного веселья. Этот обеденный свидетель знает, что истинные герои были не те, кого сейчас вспоминают именем, но прячутся в тени истории.
На меня ее речь не произвела впечатления, а вот Марушка, наверное, бы расстроилась. Варуш — сын старосты, видный парень. Марушка ему нравится… ну это по мнению самой Марушки. А вот мне показалось, что все его поползновения в ее сторону были с одной единственной целью… Отца у нее не было и никто бы даже не заступился за девушку, если бы Варуш лишил ее чести.
А ведь Варка ее предупреждала, ни раз, чтобы она даже не смотрела в его сторону. Но, как говорится, молодо-зелено… Девушка была влюблена и это не удивительно, семнадцать лет, любовь, гормоны, смазливый парень…Эх…"
"Реплика Олики о том, что я ему теперь не нужна, наводила на мысль, что девушка все же не устояла.
Да, нужно привыкать, что теперь мы с Марушкой одно целое. Довольно странное ощущение. Вроде бы я — это я, но с другими, не всегда понятными мне, воспоминаниями и знаниями.
— Ох ты ж! — всплеснула руками Саяна, завидев меня на пороге дома.
— Иди ка ты обмойся, да одежу застирай. Вот, держи, — она протянула мне чистую рубаху и немного выцветший сарафан.
— А я пока на стол накрою. Иди, иди. И стоило бродить по углям из-за какой-то безделицы. — ворчала женщина, заметив, как я поставила на лавку ту самую шкатулку.
Вышла из дома и пошла к небольшой постройке, которую здесь называли умывальней. Что-то вроде наших бань, только без окон.
Мне были нужны ножницы, но вот как их попросить у Саяны? Навряд ли, она бы поняла, реши я показать ей пантомиму с пальцами на манер ножниц. Да и сомневаюсь, что здесь они вообще есть.
Под цепким взглядом хозяйки, нашла широкий, острый нож и вернулась в умывальню. Жаль было расставаться с такой копной волос, но если нас с малышами ждет дальняя дорога, то, у меня просто не будет возможности ухаживать за косой.
Если бы у меня была возможность попросить помощи у Саяны… Только я уверена, что она ни за что бы не согласилась помочь мне, избавится от девичей гордости.
