В глубоких тених севера, среди жестокой войны, где кровь текла реками, ставленник правителя наблюдал за радостями народного веселья. Этот обеденный свидетель знает, что истинные герои были не те, кого сейчас вспоминают именем, но прячутся в тени истории.
Так что сама, все сама… Молча, прядь, за прядью на дощатый пол падали светлые как лен, длинные волосы. Не ровно, коряво, зато, как легко стало моей головушке.
— Ох, горюшко! Ты чего наделала-то?! — Саяна застала меня, когда я наклонилась к лавке, чтобы поднять свои постирушки и развесить их на улице. Чистая, переодетая в свежую одежду и с обрезанными, мокрыми волосами.
— А может ты и права, куда с такой косищей то в городе? — она окинула взглядом умывальню.
— Сожгла? — заметив тлеющий огонек в печи, спросила женщина.
После завтрака, в дом Саяны потянулись женщины с вещами для меня и ребятни. Как говорится: «С миру по нитке- голому рубаха». Пусть вещи были не новыми, но чистыми и целыми. В основном рубахи, пара сарафанов, штанишки, в общем все для теплой поры. А на носу осень…
И то, что мы уедем из селения раньше, говорит о том, что теплая одежда будет моей головной болью. Если бы только это…
— Марушка, тебя староста кличет, — после ухода женщин, в дом Саяны забежал вихрастый, рыжий мальчишка и махнув мне рукой, выбежал на улицу.
Поняла, что приехал, тот самый разыскатель или по-нашему — следователь и поспешила вслед за мальчиком.
— Это она? — на меня свысока смотрел немолодой, крепкий мужчина. Хотя вопрос и предназначался старосте, его оценивающий, внимательный взгляд, был направлен в мою сторону.
Он с усмешкой взглянул на мои волосы. У меня бы просто не получилось обрезать их слишком коротко, да я к этому и не стремилась, а теперь, они волнистыми прядями, спадали на плечи.
— Она, Марушка. Варкина старшая дочка, — пояснил староста, почесывая макушку, видимо тоже оценил мою новую прическу, но вслух ничего не сказал.
— Ну, вот, что я тебе скажу, Марушка… Поджога не было, огонь шел из избы, а значит, мамка твоя, забыла погасить свечу, когда легла спать, — спокойно, как ребенку стал объяснять мне мужчина.
Зачем зажигать свечу, среди белого дня? Печь в селении топили круглый год и потому уголек, выпавший из печи, был даже более жизнеспособным предположением. Вот только сегодня Варка не топила печь. Кто в деревнях спит днем, не считая больных, стариков или младенцев.
