Автор
Темный сентябрь прогремел холодными ветрами. Юля бежит между домами под звездами, руки уже ледяные от усталости и страха. В магазине за углом она быстро сбегает, чтобы муж не ждал пустыми руками. Пока что — макароны и огурцы на завтрак, а ужин — котлеты для сына. Юля понимает, что скоро будет один, пока муж не вернется с работы....
Чуть всю пачку не бухнула, когда Травкин неожиданно оказался на стуле, словно джином возникнув из воздуха.
— Я не слышала, как ты вошел, Сережа, — прикрыла крышку кастрюли и зарделась под его откровенное горячим взглядом.
— Мы его поймали, Юль. Все закончилось, — улыбнулся от уха до уха как мальчишка, даже шрам не испортил просветленного лица.
— Правда? — выпучила она глаза. Зрачки увеличились как у кошки, захватившей взглядом «добычу». Юлия четко уловила не ту радость завершения их комендантского часа и страха за свою жизнь и жизнь детей…
От мужчины просто разило неприкрытой жаждой желания.
Женское влюбленное начало откликнулось, учуяв флюиды зова изголодавшейся плоти. Томно глянув сверху вниз, она плавно качнула бедром.
— Какой ты у меня молодец. Пойди, руки помой. В ванной. Я чистое полотенце принесу, — призывно облизнула нижнюю губу.
И поплыла мимо, будто она не в домашней скучной одежде, а как минимум Клеопатра в шелках, приглашающая к своему ложу счастливца.
— Зараза, — выдохнул вслед Травкин, проведя ладонью по лысой голове, проверяя не зацвели ли там колокольчики. Звон их точно стоял в ушах, от ударившей крови в разные части тела.
Глава 55
Свадьбы как таковой не было. Просто Травкин повез все семейство по магазинам. По пути, «случайно» заехали в ЗАГС, чтобы подать заявление. Через два месяца в первых числах апреля расписались. И кажется, не было в жизни дня теплее…
Сережа, надев на ее палец кольцо, поставил жирную точку в Юлькиных сомнениях.
Коська строил пирамиду из рубленых толстых веточек одинаковой длины. Ему папа подогнал такой природный конструктор. И, да… Костика больше никто не оговаривал, если он называл отчима папой. Затем, палочки превращались в дрова и их возили в кузове машинки — грузовика, тянув за веревочку. Большие колеса справлялись и с проталинами, и с рыхлым снегом.
— Хорошо здесь, Сереж, — Юля млела в его объятиях, откинувшись на широкую грудь.
Они наблюдали за детьми из окна. Артем и Даша мастерили скворечник, объясняя младшенькому, что это домик для птичек, где будут жить их детки.
— Конечно, свой дом лучше, — согласился полковник в отпуске. — В панельной пятиэтажке слышен каждый сосед из боковых квартир и как стояк журчит.
