Владислав Казаринов выныривает из сладкого сна под звуки резонирующего мобильника. Валяется, раздумывая о том, стоит ли тряпаться и возвращаться к реальности или пусть телефон продолжает мучить его дальше. Но белый шум за окном внезапно перетекает через дверь — мир кажется будто погружается в вечный сумрак....
Влад отвез ему коробки с дневниками сестры и тут же пожалел, что нельзя нанять специалиста для поисков Эллы.
«АМД» точно отпадает, – попытался представить ситуацию Казаринов. – Где ты, Элла? Зачем уехала?»
На краткий миг ему показалось, что Дима из «АМД» соврал.
«А какой ему в этом толк? – сам себя осадил Казаринов. – Скорее всего, Элла удрала, ведомая страхом отношений, заранее уверенная, что ничего у них не получится. Даже малейшего шанса не оставила!» – в сердцах подумал Влад, но все равно вечером помчался в аэропорт и через каких-то полтора часа уже взирал с высоты птичьего полета на множество огней, подсвечивающих Нерезиновую.
«Где же ты, Элка?» – в который раз взмолился Казаринов.
Он остановился в мини-гостинице в центре города, наметив на завтрашний день поход в «АМД», чтобы лично убедиться в отсутствии оффера.
Воспользовавшись тем, что брат отбыл в аэропорт с половины рабочего дня, Мила заперла приемную и отправилась в ближайший торговый центр, справедливо полагая, что директор дал ей поручение и она его выполняет.
Мила бесцельно побродила по магазинам и даже забрела в какую-то лавку, торгующую снаряжением для походов.
«Вот тут бы я развернулась», – с тоской подумала она, вспоминая, как в студенческие годы ездила с мужем на Кавказ.
– Никогда бы не подумал, что ты увлекаешься туризмом, – хмыкнул Гоша Каземирский, он же Миша Ломакин.
– Горный туризм – школа мужества, а туризм – школа замужества, – хихикнула Мила.
– Дайвингом увлекаюсь. Новый гидрокостюм хочу купить, – объяснил Гоша и предупредил, натягивая козырек кепки прямо на глаза: – Зови меня Мишей, а то сейчас толпа набежит.
– Одолели поклонники, – понимающе кивнула Мила."
"– Здесь нет. Кто-то не рискует, кто-то понимает, а вот в Москве от них проходу нет. Под окнами караулят, – тяжело вздохнул Ломакин и добавил весело: – Пойдем пообедаем вместе.
