В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
— Значит, пускай пока сидит дома.
— Пока? — Гавшар усмехнулся, — «пока» — это сколько? Месяц, или пол года? Вербовщики здесь всегда. «Бригадиры» меняются, а они остаются.
— Давай оставим этот разговор, — Спайк повернулся так, чтобы смотреть Гавшару в лицо, — ты Ворону спроси: хорошо ли, что ему жизнь сохранили. И о Ромке подумай: хорошо ли, что я не остался дома сидеть, а поехал в это Перлов Мост. Почему же ты требуешь от меня, одного спасать, а другого бросить? Безопасности для одного человека не бывает.
— А если из-за этого людей положат ещё больше?
Спайк мрачно усмехнулся:
— Хороший вопрос, Гавшар. Но не надейся, в тупик меня не поставишь. В бесконечных войнах и без того много людей «ложат». Так вот, лучше один раз повоевать, как следует и навести нормальный порядок, чем терпеть это десятилетиями.
— Но если будет большой конфликт с вербовщиками, Ромка тоже может пострадать.
— Всего не просчитаешь, — согласился Спайк, — может быть и так. Не хотелось бы, но что, правда, то, правда. Однако, Гавшар, для тебя Ромка — это твой сын. Ты, наверно, ни о ком другом не думаешь, но в городе не у тебя одного дети. Если мы будем спасать только твоего Ромку и только тебя, а всех остальных пустим на размен, в каком мире будет жить твой Ромка? И будет ли он жить? Не пустят ли и его, на размен, как ты хочешь пустить других?
— Ничего я не хочу, — открестился Гавшар и отвернулся, — я не могу думать обо всех и думаю только о Ромке.
— Вот и думай, — согласился Спайк, — каждый думает, как может. Но нельзя жить только своими интересами — это в итоге тебя же и убьёт. Тебя и твоего сына.
Ворона вывел из дома своё семейство.
— Вы в курсе, что произошло?
— Да, — ответила она, останавливаясь, — Ворона всё рассказал."
"— Хорошо, — сказал Спайк, — не будем терять время. Тут машина недалеко. Нам надо ехать.
Они пошли. Ворона пропустил детей вперёд и замыкал их шествие.
…От своего осведомителя, Кривой узнал о происшествии в кабаке ещё до того, как Спайк вернулся в дом Гавшара. Он ничуть не удивился.
