В анормальной тишине коридора скрывается решетка, за которой дверь из чистого полипластерола ведёт прямо в зал с гильотиной. Здесь уже ждут судья, приставы и осуждённый — готов к исполнению приговора. Блестящая удавка выглядит настолько реалистично, что кажется, будто можно увидеть её движение в предвкушении страха....
— Хватит с него, — выкрикнул кто-то, — а то помрёт, мороки не оберёшься.
Кто-то ухватил Спайка за шиворот и поднял на ноги.
Спайк падал, словно не мог стоять.
— Стой, гадина, — его встряхнули, — на ногах стой.
Но он падал. Падал и цеплялся руками за кровать.
— В седьмую, — приказал старший из надзирателей.
Его вытащили в коридор. Потащили в другую камеру. Спайк висел у них на руках и его ноги волоклись по полу. Склонив голову, он незаметно осматривал коридор, в поисках чего-либо, для себя полезного. Он ещё сам не знал, что он может найти тут полезного, а главное — зачем.
Остановились перед дверью, разделявшей коридор на две половины. Надзиратель стал быстро набирать код. Спайк поднял голову и, матерно, назвал их всех гомосексуалистами. Один из надзирателей встряхнул его:
— Заткнись!
А другой с размаху ударил дубинкой по рёбрам.
Больно. Но Спайк мог радоваться. Он успел заметить набираемый код и был весьма доволен этим обстоятельством. Наверное, в этот момент он и определился зачем ему замечать что-то «полезное».
А что?
Его бросили в камеру. Надзиратель напоследок пнул его и дверь захлопнулась.
Как и положено страшно избитому человеку, Спайк с видимым усилием перебрался на кровать и лёг лицом вниз.
— А лихо он их, — двигаясь по коридору, сказал один надзиратель другому, — ты видел?
— Откуда? Я на кухне был.
— Зайди, запись посмотри.
— Вот оно мне надо! — И они разошлись каждый по своим делам.
* * *Через час, этапный транспорт Корвет «С-716», отделился от Морловийского орбитального комплекса «Криогелис» и начал разворот. На границе искусственного гравитационного поля, корвет качнуло.
— Придурки, — пробормотал Спайк, — компенсатор отрегулируйте.
Короткой вспышкой маневрового двигателя, корвет толкнул себя дальше от «Криогелиса» и, спустя несколько минут, запустил маршевый двигатель. Оставляя позади себя огненный факел, сошёл с орбиты и двинулся прочь от планеты.
