В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
Вопрос о том, почему закрыта дорога, повис в воздухе.
– Здесь наша зона, вы должны уехать, – заявил сержант и нахмурил брови.
Контрразведчикам пришлось ретироваться.
Грамарь не устоял перед соблазном: яростно газанул, когда развернулся. Облако едкого дыма обдало британский патруль. Солдаты воздержались от стрельбы по колесам, только возмущенно кричали вслед.
– Товарищ майор, неужели подчинимся? – досадовал Грамарь, уводя машину к развилке. – Здесь все земли вплоть до Эльбы наши. Сколько бойцов погибло, их освобождая!
– Не митингуй, – буркнул Влад.
Шоссе в этот час было пустым во все стороны. Грамарь свернул с щебенки на асфальтовую дорогу, проехал метров тридцать, встал и выключил двигатель. Пассажиры сидели неподвижно, даже Шарлотта затаила дыхание.
С щебенки никто не выезжал, патруль на пикапе остался в лесу. Справа за обочиной белело загадочное заброшенное строение. Оно основательно поросло бурьяном.
Градов выбрался из машины, прошелся по дороге. Тишина стояла оглушительная, птицы не пели, кузнечики в траве не стрекотали.
– Командир, чуешь, какой здесь воздух? – подал голос Нагорный. – Мы тысячу лет не нюхали такого. Ни гари, ни трупных запахов. Может, палатку разобьем, поживем немного?
«А в лесу еще лучше, – подумал Влад. – Пусть там и кладбище».
Он спустился с обочины, перебрался через покатую канаву водостока и двинулся на угол барака.
– Товарищ майор, вы далеко? – бросил ему в спину Грамарь.
– За мной поезжай. Спрячем машину на обратной стороне здания.
За углом не было ни ям, ни острых камней. Машина медленно спустилась с дороги, поплыла по бурьяну. Здание находилось в низине. Грамарь поставил «газик» вплотную к ободранной стене. Теперь он был невидим со всех сторон.
– Шарлотта, вы останетесь здесь? – спросил Влад.
– Нет, ни в коем случае, – заявила проститутка. – Вы что? Я здесь одна не останусь, даже не просите. Тут слишком страшно.
– Пусть с нами идет, дорогу показывает, – проговорил Нагорный. – На кладбище точно не страшно. Хоть какой толк с нее будет.
– Толк уже есть, – сказал Градов. – Без нее мы не нашли бы эту развилку. А с нами не боитесь, Шарлотта?
– И с вами боюсь. – Женские глаза затравленно бегали.
