В заброшенном дворе Беренштрассы скрываются неизвестные тайны. Двое суток под пристальным наблюдением жилплощадь на Бранденбургских воротах оказалась открытием для полиции, и каждый постучавшийся в дверь стал предметом внимания.
От этих новостей меня самого скрутило, ночью почти не спал.
– Сочувствуем, Яков Семенович. – Градов состроил участливую мину. – Надеюсь, все будет хорошо и ваша сестра поправится. А вы бы поменьше нервничали. Чай с ромашкой попробуйте, говорят, помогает от больных почек.
– Пробовал вашу ромашку, – отмахнулся Гаусс. – Профанация в чистом виде. От этих приступов даже коньяк не помогает.
– Что-то вашего коллегу капитана Метлицкого давно не видно. Он на месте?
– Я вам больше скажу. – Гаусс усмехнулся. – Он у вас за спиной.
Капитан Метлицкий тоже подошел неслышно, вкрадчиво, сунул в зубы папиросу, но не спешил поджигать.
– Здравия желаю, товарищи. Яков Семенович, мы получили свежие сводки. Союзники предлагают нам забрать со стадиона в Мандау дюжину бывших сотрудников полиции безопасности и СД. Уверяют, что только недавно их обнаружили в катакомбах под стадионом. Держу пари, что врут. Там нет никаких катакомб. С немцами они поработали, выжали из них что могли, а теперь пожалуйста.
– Раз дают, надо брать, – сказал Гаусс. – Хотя у нас самих такого дерьма полные закрома. Вы по какому-то вопросу, товарищи? – Он с неохотой посмотрел в искрящиеся глаза Градова. – Или просто подошли от нечего делать?
– Ольгу Ефимовну не видели, товарищи? Десять минут назад она отсутствовала в своем кабинете. Есть вопрос, который нужно незамедлительно уладить. В отделе радиосвязи ее тоже нет.
– Да вернулась она пару минут назад.
– Спасибо, Яков Семенович, а то мы уже начали волноваться.
– Куда она денется? – заявил Метлицкий. – Никакие враги не выкрадут нашу дражайшую Ольгу Ефимовну.
– Думаю, вы правы.
Капитан Догужинская сидела у себя в кабинете, делала пометки в каких-то диаграммах и таблицах.
– Минутку подождите, я сейчас, – бросила она, бегло глянув на офицеров.
– Да, разумеется, Ольга Ефимовна, не спешите.
Женщина что-то перечеркнула в записях, поставила жирный знак вопроса и закрыла папку. На майора устремились умные карие глаза.
– Доброе утро, товарищи. Давненько вас не видно. Все дела, да? Я слышала, вы уезжали в командировку.
