Поезд на Берлин отходил ранним утром со станции Белорусского вокзала. Вокруг — тихий скандинавский город, где каждая зебра и каждом окошке прячется история. Самым запоминающимся был вагон, направляющий пассажиров до Парижа, но он не делил внимание от путешественников на Берлин....
— Вы можете назвать нам имя этого человека? — уточнил комиссар.
— Конечно. Посудите сами. Бандиты точно знают, что у меня нет оружия, что первое такси вел сотрудник полиции, а в кармане у меня был «маячок». Как они узнали об этом? От кого? И тогда я вспомнил, что о больнице Нойенхагена тоже никто не знал. Никто, кроме ваших сотрудников и старшего следователя Виммера. Именно он позвонил из поезда в Интерпол и выяснил у дежурного офицера, что там меня никто не знает. Он даже не стал выяснять про меня у руководства национального бюро Интерпола, ведь молодой дежурный офицер мог и не знать меня.
Один за другим накапливалось слишком много фактов против герра Виммера. И, наконец, комиссар Реннер сообщил мне, что трудяга Виммер вышел на ночное дежурство второй раз подряд. Конечно, вышел — ведь он обязан был обеспечить удачное завершение операции по устранению Георгия Цверавы, за которую ему заплатила российская мафия. Можете познакомиться, господа, — старший следователь Йозеф Виммер. И по совместительству — человек, работающий на российскую мафию.
Все замолчали, глядя на человека, который еще мгновение назад считался их товарищем. Вокруг Виммера образовалась гулкая пустота. Даже те, кто не совсем понимал английский язык, поняли, что именно сказал этот эксперт.
— Это смешно, — выдавил Виммер, — просто глупо. Как вы можете ему верить? Это неправда…
— И самый страшный факт его предательства, — неумолимо продолжал Дронго, — это убийство двоих ваших товарищей в отеле «Штайнбергер».
