Автор
В тени старой ратуши жара погружала мир в оранжевый ад. В коридоре стучал сердце Лили, а вокруг мерцали лампы, словно живые глаза, наблюдая за ней. Невозможная тропический зной давил на нее, как невероятно густой пар, поднимавшийся из земли.
– Так не сезон вроде? – Он улыбнулся, вставая, но я остановила его, на этот раз сама схватившись за его пальцы. Так, как хватаются, наверное, только дети за большую руку взрослого.
– Посиди со мной, – глядя на него снизу вверх, попросила я и чуть отодвинулась, освобождая ему место."
"– Но я после тренировки, весь потный и в пыли.
– Подумаешь, я видела тебе и похуже. По крайней мере, ты сейчас не блюешь.
Усмехнувшись, он опустился рядом со мной на пол. На улице начал завывать ветер, поднимая пыль. Обещали дождь, но Аризона редко выполняет свои обещания.
– Расскажи мне что-нибудь. – попросила я. – Пенни за правду.
– А говорила, не играешь в эти игры, – улыбнулся он.
– Откуда у тебя седина? – Я давно хотела задать этот вопрос, но все никак не решалась, и он, как незакрытый гештальт, все время маячил перед глазами.
– Я испугался, – ответил Бланж. – Сильно. Еще в детстве. Но прядь стала белой не сразу – примерно за месяц. Я думал, со временем цвет вернется, но, как видишь, нет.
– В жизни так же, – подметила я, засовывая мобильник под кресло, словно желая его задушить.
– Это учит смирению, – ответил Бланж.
– И каким же образом?
– Принять то, что ты больше не можешь изменить, – поддел он белый клок на своем виске. – Помнить, почему так случилось, и больше не повторять ошибок.
Наверное, он был прав. Следовало просто перешагнуть через факт, что моя семья не такая, о какой обычно мечтают, и жить дальше, но почему-то я чувствовала за это вину.
– У меня проблемы с тем, чтобы все… чинить. – Я притянула колени ближе, обняла их руками, положила сверху голову. – Чувства, вещи, отношения.
– Свой дом ты хочешь восстановить по этой же причине? – спросил он.
– Нет. – Я покачала головой. – С домом все гораздо проще.
Он означал для меня память. Единственное место, где меня по-настоящему любили.
– Расскажи.
– Тебе правда интересно?
На что Бланж мягко улыбнулся.
– Ну конечно.
Я прикрыла глаза, изо всех сил попытавшись достать из детства образ, что сохранился в памяти, как на пленке. Проявить его так ярко, чтобы Бланж тоже смог его увидеть.
– Мой дом стоит на самом краю Кармел-Бэй, так далеко, что не видно даже огней города. – Я улыбнулась, вспоминая. – Позади огромное поле, заросшее травой и цветами почти по пояс.
