— В конце концов, если я могу сочинить себе рекомендации, полагаю, другая женщина может придумать себе мужа. Но это никак не объясняет происхождения ее богатства.
— В самом деле. — Эдисон выпрямился. — Я начну расследования в этом направлении. А пока нам нужно обсудить еще кое-что.
— Если вы не против, сэр, я бы не стала продолжать этот разговор. Уже поздно, и я очень устала.
— Вечер был насыщенным, — поспешно сказала девушка. — Боюсь, я слишком непривычна к… э… тяготам светской жизни. Мечтаю добраться до кровати.
Он, казалось, хотел возразить. Эмма затаила дыхание. Но Эдисон, видимо, принял какое-то решение. С убийственной официальностью он проронил:
— Как пожелаете. Но не думайте, что наше дело можно затягивать до бесконечности.
— Чем меньше сказано, тем лучше, — пробормотала Эмма. — Спокойной ночи, сэр.
Он мучился. Эмма видела сверкнувшее в его глазах раздражение. И снова испугалась, что он навяжет ей ненужный разговор. Но вместо этого Стоукс повернулся и пошел к двери.
— Спокойной ночи, Эмма. — Он помедлил, взявшись за ручку. — Позвольте мне, как вашему хозяину, сказать вам, что сегодня вы сделали намного больше, чем того требовали ваши обязанности. Будьте уверены, вас соответствующим образом вознаградят.
Эмма не поверила своим ушам. И тут ее захлестнул гнев.
— Вознаградят! Вы сказали —» вознаградят «?
— Я чувствую себя обязанным добавить несколько фунтов к вашему жалованью, когда срок вашей службы у меня закончится, — задумчиво проговорил Эдисон.
— Да как вы смеете, сэр? — Эмма схватила ближайший к ней предмет — небольшой глобус — и запустила ему в голову. — Да как вы смеете думать, что я возьму деньги за этот… дурацкий эпизод в карете? Я вынуждена зарабатывать себе на жизнь, но я не шлюха!..
Внешне рассеянным движением руки Стоукс поймал глобус.
— Ради Бога, Эмма, я не это имел в виду…
Девушка не обратила на его слова никакого внимания. Она находилась во власти гнева, огляделась в поисках очередного предмета для метания и схватила вазу с цветами.
— Я не возьму деньги за то, что случилось между нами. Вы слышите меня? Да я скорее умру от голода в работном доме, чем приму от вас деньги за это!
Она изо всех сил швырнула в него вазой.
— Проклятие, Эмма, успокойся!.. — Стоукс поймал вазу, но не сумел избежать ее содержимого. Вода и цветы выплеснулись ему в лицо. Он сморщился и тряхнул головой. — Я говорю о вознаграждении за твое расследование в библиотеке Миранды. То, что ты обнаружила, может оказаться очень полезным.
— Чушь! — Эмма подбоченилась. — Я вам не верю! Его лицо залила краска гнева.
— Я говорю тебе правду, ты, доводящая до бешенства, упрямая, пустоголовая девчонка!
Ни с того ни с сего разорался на нее, в замешательстве подумала Эмма.