Автор
Молодой человек приезжает в Токио и погружается в чужой, bewildering мир большого города. Оторванный от прошлого, он ищет свое место среди толпы, пытаясь понять себя и найти смысл в череде встреч и разочарований. Роман о потерянности, взрослении и попытке вернуться к истокам.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Бесцветный Цкуру Тадзаки и годы его странствий»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Молодой человек приезжает в Токио и погружается в чужой, bewildering мир большого города. Оторванный от прошлого, он ищет свое место среди толпы, пытаясь понять себя и найти смысл в череде встреч и разочарований. Роман о потерянности, взрослении и попытке вернуться к истокам.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Молодой человек приезжает в Токио и погружается в чужой, bewildering мир большого города. Оторванный от прошлого, он ищет свое место среди толпы, пытаясь понять себя и найти смысл в череде встреч и разочарований. Роман о потерянности, взрослении и попытке вернуться к истокам.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Пылкость и внутренний свет просто рвались из нее наружу… Ты помнишь, о чем я? Но как раз этого при нашей последней встрече я в ней больше не обнаружил. Словно кто-то подкрался сзади и выключил ее из розетки. И это не возрастное, поверь. Годы тут ни при чем. Когда я узнал, что ее задушили, чуть с ума не сошел. Что бы там ни случилось, но умереть такой смертью – слишком кошмарно. Но все-таки странное чувство не отпускало… Будто жизнь у нее отняли еще до смерти.
Красный взял с края пепельницы сигарету, глубоко затянулся и прикрыл глаза.
– После ее смерти у меня в душе осталась очень глубокая рана. Дыра, которая никак не затянется.
Кабинет затопило молчанием. Жестким и напряженным.
– Ты помнишь пьесу, которую она часто играла? – спросил Цкуру. – Ференц Лист, «Le Mal du Pays». Совсем коротенькая.
Немного подумав, Красный покачал головой.
– Нет, такой не припомню. Помню только Шумана. Что-то известное из «Детских сцен». «Грезы», кажется… Это часто играла. А вот Листа – увы. А что?
– Да нет, ничего. Так, экскурсия в прошлое… – сказал Цкуру и бросил взгляд на часы. – Ладно. Столько времени у тебя отнял. Уж извини. Я рад, что мы поговорили.
Красный, не меняя позы, удивленно воззрился на Цкуру.
– Торопишься, что ли? – спросил он.
– Нисколько.
– Ну так давай еще поболтаем!
– Можно. У меня-то времени хоть отбавляй…
Красный помолчал, будто взвешивая слова на языке. И наконец спросил:
– А ведь я тебе больше не нравлюсь, верно?
Цкуру на несколько секунд онемел. Как от неожиданности вопроса, так и от того, что питать к Красному симпатию или антипатию отчего-то казалось ему неправильным.
– Да как тебе сказать, – произнес он, осторожно подбирая слова. – Само собой, когда нам было по семнадцать, я относился к тебе иначе. Но это вовсе не значит, что…
Красный нетерпеливо махнул рукой."
"– Да брось ты! Не стоит деликатничать. Не старайся разглядеть во мне что-нибудь симпатичное. Сегодня я не нравлюсь никому на свете. И сам себе никак понравиться не могу. А ведь когда-то у меня было несколько прекрасных друзей, включая тебя. Но я их всех потерял. Точно так же, как Белая растеряла свою энергию… Но как бы там ни было, прошлого не вернуть. Распакованные товары обмену не подлежат. Остается жить с тем, что есть.
Сказав так, Красный опустил руку на колено и нервно, неритмично постучал по нему пальцами. Будто отсылал кому-то сообщение азбукой Морзе.
– Мой отец очень долго преподавал в универе и в итоге приобрел одну вредную профессиональную привычку. Даже дома с родными он разговаривал менторским тоном, будто лекцию читал, глядя на людей сверху вниз. Я это с детства терпеть не мог.
