В темном переулке, старые гаражи кажутся необычайно динамичными, будто выжаты из земли жизнь. Тонкий луч фар пробирается сквозь мрак, создавая пестрое мерцание на оживленной улице — это "зеленая шестерка". Слова говорителей вносят новую драму, и каждый слышит собственный дыханье: "Лажа" — отчаянный тон в потемках....
За бугром такие вещи в последнее время вошли в большую моду, это у нас продюсеры перед пиратами беззащитны, как детки среди волков…
– Да почему, и у нас техника вперед шагнула. Вела я одно дело, связанное с кассетами Илоны Давыдовой. Их тоже, оказывается, переписать нельзя, хоть они всего лишь аудио… вернее, переписать можно, но что-то важное теряется, эти самые шумы для подсознания.
– А здесь – вообще не пишет. Один «снежок». В эту кассету, авторитетно тебе говорю, вбухана уйма денег и инженерного таланта.
– Мне тут намедни в уши залетело, что эти сериалы – дешевый ширпотреб…
– Может, и ширпотреб, – сказал он. – Даже наверняка. Но защита на кассете – ювелирной работы, последний писк электроники. В «Видеотехнолоджик дайджест» тоже писали…
– Мужчина, одержимый приступом хобби, – это что-то, – фыркнула Даша.
– Без подарка не останется. Куплю на Котовского что-нибудь аналогичное, а эту закодированную отнесу назад утречком и скажу, что я о них думаю.
– Ты что, из «Алмаза» кого-то знаешь?
– А, есть там один ходячий чан с алкоголем… Знаешь, о чем больше всего горюю? Подарили мне бутылочку настоящего шотландского, я ее и отдал, как дурак, за то, что он мне украдкой вынес кассету на сутки.
– А помнишь, смотрели «Непристойное предложение»? Там же то и дело ползла надпись на аглицком – мол, каждый законопослушный гражданин, ежели узрит эту надпись при просмотре, обязан брякнуть в ФБР, потому что кассета пиратская…
– Помню. Там шло строкой.
– Реклама?
– Реклама у них тоже идет одной строкой, как везде. Бегущей. А здесь – тексты во весь экран. Причем на русском, что интересно.
