Начинаем с разговора между двумя людьми, где обвинения и драматические моменты создают напряжение. Затем появляется сообщение о победе одного из них — Бешеного, заставившее подозрения у другой стороны. Тон переплетается между горечью, надеждой и отчаянием, создавая атмосферу острых эмоций и неопределенности в дальнейшей судьбе участников этого разговора....
— Господи, Ника, собери свои больные фантазии до кучи!
Я закусила губу, постаралась привести сбившееся дыхание в порядок, но все провалилось. Невозможно взять себя в руки, когда твои мысли скачут из стороны в сторону, а эмоциональный фон зашкаливает на отметке «я на грани истерики».
Сглотнув вязкую и противную слюну, я вычищала зубы, умылась несколько раз холодной водой, затем горячей и снова холодной. В отражении зеркала на меня смотрела изможденная молодая девушка с огромными напуганными глазами. Не знаю, что надо было бы сделать, чтобы вернуть прежнее расположение.
— Ага. Все три, Ника.
— Малыш, ты что там? Решила устроить заплыв на короткую дистанцию? — голос Миши просачивался в мое сознание сквозь плотную пелену, пока я продолжала всматриваться в отражение. Зеркало запотело, я рвано провела по нему ладонью, оставляя лишь глаза. Капля скатилась по щеке. Не слезы. Не вода.
— Я сейчас выйду, — сипло прошептала, прикручивая кран.
— Зачем закрываться?
— Случайно вышло, я сейчас уже выйду, — попыталась ответить уверено. Господи, о какой уверенности речь? Он в два счета поймет, что что-то не так.
— Эх, я думал составить тебе компанию и еще разок покупаться, — добродушно и игриво кинул в ответ.
На всякий случай я умылась еще несколько раз, а затем завязала волосы в высокий хвост. Стоило побить себя по щекам, как они приобрели более живой оттенок.
Я вышла из ванной, глубоко вдыхая свежий воздух квартиры вместо того горячего, что уже был в ванной. Это придало немного уверенности, а еще стало чуток легче воспринимать реальность. Но все равно страх не отпускал, как будто держал на коротком поводке. И стоило мне хоть на мгновение подумать о чем-то благопритяном, так он вмиг натягивал поводок. К ноге. На место.
— Детка, доброе утро, ну ты посмотри, какой я охеренный мужик у тебя? Почти завтрак в постель, еб вашу налево, — Миша стоял у кухонного стола, выкладывая мои любимые шоколадные кексы на тарелку.
— Доброе, — как вкопанная замерла у входа.
— Ты чего? — Миша перевел на меня подозрительный взглдя, внимательно осмотрел, а потом медленно подошел, цепляя подбородок пальцами. — Чего глаза опухли? — в нос ударил приятный мужской аромат геля для душа.
