Начинаем с разговора между двумя людьми, где обвинения и драматические моменты создают напряжение. Затем появляется сообщение о победе одного из них — Бешеного, заставившее подозрения у другой стороны. Тон переплетается между горечью, надеждой и отчаянием, создавая атмосферу острых эмоций и неопределенности в дальнейшей судьбе участников этого разговора....
Не даст он избавиться от ребенка. А как же плач по ночам, сопли, слюни? Ты же не хочешь ребенка! Куда тебе, конечно! Выметайся отсюда по-хорошему, иначе скину в лесополосе на ходу, — Ракитин повернулся ко мне и впервые за весь наш разговор я заприметил в его взгляде издевающиеся нотки.
— Или ты меня везешь к ней, или я за себя не ручаюсь.
Руслан выкинул сигарету, достал телефон и что-то бегло проговорил в трубку. Ничего не было понятно, но я и не слушал.
Саша привезет меня к ней. В этом я был уверен.
— Слышишь, Каин? Твой сын не ручается тут за себя.
— Слышу. Этот бой он уже со свистом проиграл, поехали. Будем знакомиться с невесткой.
Глава 26
МИША
Бабушка Ники жила в глухой деревне, хоть, надо отдать должное такому уголку, здесь были и магазины, и аптеки, но все равно чувствовалось, что захудалое место.
У меня в мозгах варилась лишь одна навязчивая мысль.
Я хочу этого ребенка. Хочу. И не дам ей ничего с ним сделать. Ни за что. Надо будет — прикую к батарее и насильно женю на себе, но не отпущу.
Все в салоне хранили молчание. Только Рус попросил остановиться у магазина, где мы скупили явно добрую половину продуктов. Казалось, будто бы батя решил роту солдат накормить, а не бабушку и внучку.
Когда спустя полчаса машина Ракитина остановилась у неприметного захудалого домика, я пулей вылетел из машины, но у калитки меня уже ждали.
— Смотрю, сватья у ворот? — недовольно осмотрела меня с ног до головы.
Я не знал, что конкретно она знала, но чувство вины не заставило себя ждать. Что уж тут непонятного? Накосячил? Да. Пришел с повинной? Разумеется.
— Валентина Ивановна, поймите, все совсем не так, как кажется.
— Помнится, давеча разговор был.
