Начинаем с разговора между двумя людьми, где обвинения и драматические моменты создают напряжение. Затем появляется сообщение о победе одного из них — Бешеного, заставившее подозрения у другой стороны. Тон переплетается между горечью, надеждой и отчаянием, создавая атмосферу острых эмоций и неопределенности в дальнейшей судьбе участников этого разговора....
— Да, — скользнув внутрь, все так и целовал плечико, оттягивал сосок, и просто наслаждался теми звуками, что удалось выхватить из-под потока воды, поливавшей нас, не давая замерзнуть.
Узкая, горячая, моя.
Членом скользил по аккуратной попке, не прекращая погружать в нее палец. Один, затем плавно подключил второй, сразу почувствовал разницу, Ника вскрикнула, а потом плавно осела в моих руках.
— Больно?
— Чуть-чуть.
Чуть-чуть, это не сильно, да? Я хрен его знает, как с девочками дела иметь, у меня их не было никогда, в принципе не был уверен, что они существуют, но Ника живое тому подтверждение, и это, блядь, очень хреново, потому что мои познания крайне ограничены.
С гулким стоном разочарования вытащил из нее пальцы и развернул к себе, слизывая ее соки с руки. Она в ужасе уставилась на меня, а потом взгляд упад ниже. Смотри, привыкай, обустраивайся, детка.
А затем не медля ни секунды впился в губы, осторожно приподнимая ее за бедра и усаживая на себя.
Поцелуи становились все глубже и развратнее, Ника не стесняясь стонала мне в губы, изгибаясь на мои ласки. А они были жадными, одержимыми, я дорвался до нее и отпускать точно не собирался.
Кончала она красиво, прикрывая веки и раскрывая губки в немом крике. Моя. Красивая.
— Умничка. Умничка, — оторвавшись на мгновение, резко выключил воду и прямо в таком виде потащил ее в комнату, где не разбирая ничего вокруг, повалил на кровать, сметая на своем пути мебель, двери и косяки. Плевать, на все плевать.
— Миш, я..
— Тшш, — плавно опускался к груди и, накрывая сосок, стал посасывать, периодически цепляя зубами, прикусывая.
Сразу все разговоры прекратились, Ника прогнулась в пояснице, впиваясь ладонью в мои волосы. То притягивала к себе, то оттягивала назад. Тянущая боль вперемешку с наслаждением — это адская смесь.
Когда я вернулся к губам, провел по ним языком, а затем заставил Нику посмотреть на себя, в ее взгляде бушевал ураган из желания.
