Начинаем с разговора между двумя людьми, где обвинения и драматические моменты создают напряжение. Затем появляется сообщение о победе одного из них — Бешеного, заставившее подозрения у другой стороны. Тон переплетается между горечью, надеждой и отчаянием, создавая атмосферу острых эмоций и неопределенности в дальнейшей судьбе участников этого разговора....
А теперь поздно, потому что этот хищник меня заприметил, попала я снова в поле его зрения и даже пикнуть не успела, он в два прыжка оказался возле меня и, схватив грубо за запястье, дернул на себя и потащил куда-то, расталкивая по пути толпу.
Я вырывалась, кричала что-то, чтобы отпустил, чтобы не смел трогать и вообще какого черта, а он не реагировал, продолжал вести меня сквозь многочисленную толпу, пока мы не оказались в темном коридоре, а потом и вовсе в каком-то небольшом подсобном помещении.
И тут мне стало совсем жутко, особенно когда Багиров щелкнул выключателем, и комнату осветил тусклый свет одиноко свисающей с потолка лампочки.
— Какого хера ты, бля, здесь забыла? — его голос и раньше заставлял вздрагивать каждый раз, когда он приближался, но сейчас, сейчас он пугал до чертиков, до остановки сердца практически. Рычание, разнесшееся по подсобке вкупе с бешеным, разъяренным взглядом покрасневших глаз, заставляло кровь застывать в венах.
— Отпусти меня, тебе какое дело, — уперлась в его широченную, все еще мокрую от пота грудь, отталкивая от себя, а он только сильнее прижимался, вжимая меня в стену и дышал шумно, цедя воздух сквозь стиснутые зубы.
— Сучка, — прошипел, когда я не придумала ничего лучше, кроме как впиться ногтями в его кожу, но с места не сдвинулся. — Что, блядь, на член по толще решила присесть? Че целку тогда из себя строила?
— Что…я ничего…я не… — залепетала, так и не сумев сложить слова в нормальное предложение.
— Сюда девки только за одним ходят, — процедил сквозь зубы, — с бойцами потрахаться, попробовать решила? Хер покрупнее подцепить?"
"И меня словно током прошибло и ледяной водой обдало. В каком смысле…что значит…И вспомнились мне уговоры Алинки и то, как она расписывала бои.
— Отпусти меня.
— А что так? Ты же за этим пришла? Трахну качественно, завтра ходить не сможешь, — он говорил эти мерзкие вещи, а мне впервые за много лет разрыдаться захотелось, потому что внутренности от обиды скрутило, от злобы в его голосе, от предложения этого похабного.
