Подъем, слоняка! Рев баса отрывисто прервал спокойствие ночи. Удар кирзача по пятке был ощутим – сапоги оказались недостаточно защитой. Алик выскочил из комнаты, несущий в руках хрупкого пожилого человека, которого он считал "дедом". Взвизгнувший от страха подопечный немедленно понял, что произошло непростое явление....
Простор – пять комнат, мебель хоть и не новая, но не деревенская, а как в городских квартирах. Телефона нет, зато есть телевизор. Деревянный пол, стены оштукатурены, ковры, люстры приличные. Двери основательные – даже кувалдой сразу не возьмешь. И подвал есть. Не погреб, а именно подвал. Железная дверь, бетонные стены, решетка под оконцем. На улице жара, а в доме прохладно – потому что стены деревянные. А если зима наступит, печка в доме русская, настоящая. Дом хороший, и место глухое – возможно, они здесь прокантуются до зимы.
Алик с насмешкой посмотрел на Толяна.
– Вы придурки. Ты и твой Серега. Из-за вас приходится хаты менять.
– Почему из-за нас? – возмутился Толян.
– Потому что вы хаты чужие бомбите, вас менты ищут.
– А тебя?
– И меня. Из-за вас. Да расслабься. Шучу я. Всех нас ищут. Все наколобродили… А здесь нас не найдут. Место путевое. Надо было раньше допетрить, что нужно в такой вот деревне жить.
Оказалось, что снять дом в таком месте – раз плюнуть. В любой газете – «сдается дом в дачном месте».
– Да, место конкретное, – не стал спорить Серега. – И ментов нет. Какой-нибудь сраный сержант, и вся беда. Не-а, не выйдут на нас менты.
– Заткнись! – одернул его Алик. – Хозяин идет.
Дом сдавал мужик из соседней деревни. Алик сумел расположить его к себе. Впрочем, тому и самому не терпелось поскорее сдать дом.
– Место в сарае я освободил, – отрапортовал мужик. – Можете ставить машину.
Алик рассчитался с мужиком. И облегченно вздохнул, когда тот сел в свою «Волгу» и сделал ноги. Теперь хата в полном их распоряжении. Что хочешь, то и делай. А хотел он привезти сюда Ладу. И как можно скорее.
Лада… Лада снова с ним. Живая и готовая к употреблению… И это не сон. Все реально.
Трясти очередного толстосума они ездили на своей «девятке».
За городом чужие номера свинтили. Поставили свои. За городом приткнулись в придорожном кемпинге. Грязь, нищета. Зато в душу никто не лезет. В смысле паспорта на подлинность не проверяли. Даже данные никуда не заносили. Глянули в документ, бабки взяли, и все дела. Только там условие – мальчики налево, девочки направо.
