Автор
Переносится время в бездну ночного лагеря: Синеглазая девушка-вожатая распахивает дверь и проветривает комнату. В воздухе пьянящие мгновения вечности перед рассветом, когда каждый зажигает свечи и начинают рассказывать истории о бесконечном лете.
— Я несколько про другое хотел вообще.
Помолчал. Девушки смотрели недоуменно."
"— У нас сегодня первое совместное выступление, — начал я, — но надеюсь, не последнее. Мы готовились к нему всего ничего, все что делалось, делалось буквально экспромтом, и если мы вдруг налажаем, никто нас не осудит. Но если все-таки все получится — это будет успех. Не для какой-то дальнейшей карьеры — плевать я на нее хотел. Для самих себя. Для нас. И в какой-то мере — для всех.
Вздохнул. Сейчас будет сложно.
— Мику… мы знакомы всего ничего, но я не видел еще такого творческого, такого увлекающегося человека.
Мику распахнула глаза, попыталась что-то сказать, но не смогла. Оно, может, и к лучшему.
— Славя… Ты самая ответственная в мире девушка, самая заботливая и понимающая, всегда готовая прийти на помощь. Редкость в наше время. Горжусь знакомством.
Славя уставилась в пол, покраснев.
— Ульянка… Ты настоящий моторчик нашего, пока еще совсем молодого, коллектива.
Веснушчатый моторчик шмыгнул носом, ковыряя пол сандалией.
— Алиса… — дыхания почему-то не хватило. — Мы все это придумали именно с тобой. Но именно ты вдохновила эту авантюру, ты поддержала меня там, где это было необходимо, и сейчас мы либо вместе выиграем, либо вместе пойдем на дно. Вместе.
Две секунды полной тишины.
— Что за бред ты несешь, Ружичка? — возмутилась Алиса. — Мы играем или нет?
— Мы играем, — заключил я. — Будет драм, будет и песня.
***
Перед самым уже началом мы неожиданно столкнулись с трудностью — людей у сцены не было. Ну, то есть теоретически все знали, что в восемь вечера намечался вечер художественной самодеятельности, а некоторые даже смутно припоминали, что «там этот ушастый с рыжей что-то собрался лабать на гитарах», но дальше этих обрывков память уже не работала.
Положение спасла одинокая фигурка на входе в аллею.
— Лена! — скинув гитарный ремень, я метнулся со сцены. Сзади возмущенно фыркнула Алиса.
Девушка выглядела откровенно не очень, но все равно пыталась улыбнуться.
— Мне… уже лучше. — Даже в закатных лучах она была бледной как смерть. Ну, или как спирохета. — Мику сказала, что ты очень просил…
Я практически подхватил ее на руки.
