Оба его собеседника не смогли скрыть улыбок, зная о давней ссоре князя с Ростопчиным.
– Вы зря улыбаетесь, господа. Если нужно что-то спрятать, то лучший способ – сделать это на видном месте. Перед смертью императрицы граф получил Анну третьей степени. Сразу после смерти императрицы был обласкан Его Величеством и получает Анну уже первой степени. Затем перепрыгивает сразу через два звания – и он генерал-майор. Это полностью противоречит последнему указу Екатерины о чинах, которые Павел с радостью поддержал. Сотни молодых людей вынуждены были начать служить со званий подпоручиков и поручиков, вместо ожидаемых подполковников.
Еще большее число заслуженных представителей знатных фамилий лишились своих армейских чинов под надуманным предлогом, что у них нет нужного ценза. И вдруг какой-то отставной бригадир, который в армии толком не служил, получает производство в нарушение указа. Что это за заслуги, спрашивается? За разработку нового Устава, формы прусского образца и командование гатчинским потешным войском?
На этот раз задумались все собеседники.
Безбородко пригубил бокал вина, к которому не притрагивался с начала беседы.
– Умеешь ты озадачить, Василий Алексеевич, – произнес граф через некоторое время. – Федька и есть доверенное лицо императрицы? И ведь никому в голову подобное не придет.
– Предлагаю остановиться на трех кандидатах. Мне нужно проверить одного человечка, который был замечен рядом с Константином. К сожалению, доверенный слуга покойницы, который отвечал за ее встречи с некоторыми людьми, скоропостижно скончался.
Что также вызывает у меня определенные подозрения. Вы, граф, ближе общаетесь с Ростопчиным, на вас наблюдение за его поведением. А вы, князь, постарайтесь присмотреться к окружению Александра, – вдруг начал командовать Хованский.
Хозяин кабинета должен был оставить последнее слово за собой, чтобы всякие солдафоны особо не командовали, и резко наклонился к гостям, которые от неожиданности отшатнулись.
– Хочу напомнить всем присутствующим, что к архиву прилагались люди, очень грамотные и обученные.
Если мы совершим ошибку и выдадим свою заинтересованность, то можем последовать за слугой императрицы, который слишком много знал, – граф решил нагнать немного жути на собеседников.
После ухода гостей Безбородко еще долго сидел в кабинете и задумчиво смотрел в окно. Вот тебе и Хованский, вот тебе и грубиян. Так повернул разговор, что чуть не начал раздавать приказы. Очень непрост князь, а главное, умен и умеет это скрывать.
