Автор
В Бессердечном принце Эшли Джейд создает драматическую атмосферу измождения в британском доме: слезы матери постепенно сменяются холодным презрением к миру, когда ее сын Лиам не выживет. Действие начинается четверть века спустя, но оставляет нас проклятыми вечной тоской в этом замкнутом мире....
И нигде не было Лиама.
Я увидел Коула боковым зрением и схватил его.
– Где Лиам?
Он пожал плечами.
– Я что, следить за ним нанимался?
Нет, но я, как самый старший, должен был. И в тот момент мне стало страшно.
– Коул, – процедил я сквозь зубы.
– Он побежал домой, плача, как маленькая девчонка.
– Почему?
В глазах Коула мелькнул намек на сочувствие.
– Я точно не знаю. Томми и Лиам вышли из спортзала на несколько минут. Когда они вернулись, Лиам плакал, а Томми ухмылялся, как кот, который отобедал золотой рыбкой.
– Черт.
– Потом все стало еще хуже. – Он сморщился. – Томми начал показывать на него пальцем и смеяться. Называл его педиком. Довольно скоро все остальные присоединились к Томми. – Коул отвел взгляд. – Лиам пытался защищаться, но был так расстроен, что…
– Запнулся на первом слове.
Он фыркнул.
– Я бы сказал, на первой букве. Это было довольно жестоко, даже мне стало жаль его.
Но не настолько жаль, чтобы вмешаться и что-то с этим сделать.
Однако у меня не было времени беспокоиться о паршивых отношениях Коула и Лиама.
"Ярость плескалась внутри меня, пока я осматривал спортзал в поисках Томми.
– Где он, черт возьми?
Я засуну кулак ему в глотку и вырву чертов язык, чтобы он никогда больше не смог говорить дерьмо о Лиаме.
– Не знаю. Я видел, как он ушел через несколько минут после Лиама.
Я посмотрел на часы.
– Отец будет только через полчаса.
Если вообще приедет. Большую часть времени он по-прежнему проводил в своем офисе, и проще было дойти до нашего дома пешком за двадцать минут, чем ждать, пока он соизволит вспомнить о своих детях.
– Я пойду домой.
Коул кивнул.
– Удачи. Я поищу Хей…
Я схватил его за куртку.
– Хрен тебе.
Раздражение исказило его лицо.
– Это не моя проблема. Почему я должен…
– Потому что ты тоже его брат. – Я толкнул его. – Начни вести себя как таковой, придурок.
– Отлично. Пофиг. – Он посмотрел на Хейли и вздохнул. – Пойдем.
Мы были дома через пятнадцать минут.
Бьянка сидела на диване и красила ногти.
Учитывая, что миссис Гарсии – няни, которую отец нанимал в тех редких случаях, когда мы с братьями были заняты, – рядом не было, я предположил, что Лиам дома.
– Лиам так разозлился на тебя, – сказала Бьянка, когда заметила нас.
Мы с Коулом обменялись взглядами.
– Ну не я же его на танцах до слез довел, – хмуро пробормотал Коул. – Это все Томми ДаСильва.
Коул палец о палец не ударил, чтобы заступиться за брата, и Лиам имел полное право злиться на него.
– Не на тебя.
