Автор
В Бессердечном принце Эшли Джейд создает драматическую атмосферу измождения в британском доме: слезы матери постепенно сменяются холодным презрением к миру, когда ее сын Лиам не выживет. Действие начинается четверть века спустя, но оставляет нас проклятыми вечной тоской в этом замкнутом мире....
Никто и никогда не ранит меня больше, чем он.
– Послушай, я не знаю…
– Заткнись. – Он в два шага сократил расстояние между нами, прижимая меня к стене. – На этот раз командуешь не ты.
Очевидно, его воспоминания отличались от моих, ведь я никогда и не думала командовать, когда дело касалось нас двоих.
– Чего ты хочешь от меня?
Почему ты обращаешься со мной так, будто я грязь у тебя под ногами?
Его взгляд опустился на мою грудь, и выражение его лица помрачнело.
– Ни черта.
Может быть, я бы и поверила, но глаза выдали его с потрохами.
– Ты уверен в этом?
Мое дыхание стало прерываться, когда его рука заскользила вверх по моей рубашке. Он намеренно остановился на груди, прежде чем подняться к моему горлу.
– Давай проясним одну вещь. – Я вздрогнула от неожиданности, когда он схватил меня сзади за шею. – Чувства, которые я испытывал к тебе раньше – их больше нет, они исчезли.
Мы оба знали, что это неправда, иначе он не сидел бы со мной в подсобке. Снова.
Внутри все разрывалось от боли. На меня нахлынули яркие воспоминания о том, когда я видела его в последний раз.
– Тогда почему ты здесь?
Его горячий взгляд обжигал, точно солнце.
– Ты была права. – Я увидела блеск пирсинга у него во рту, прежде чем он опустил голову и провел языком по моей шее. – Есть кое-что, чего я все еще хочу.
– Что…
Слова, которые я собиралась произнести, словно застряли у меня в горле, в момент, когда он провел своим влажным языком по моей пульсирующей точке на шее и медленно поцеловал, засасывая кожу.
– Не останавливайся.
Он был таким грубым, и я знала, что у меня останутся засосы, но мне было все равно. Впиваясь ногтями в его спину, я обвила ногой его талию, как бы требуя большего. Из него вырвался сладкий стон, и он впился еще сильнее. На мгновение я, честно говоря, подумала, что он просто вопьется мне в шею и вырвет зубами мои голосовые связки.
– Джей…
– Снимай трусики, – прорычал он мне в шею. – Покажи мне, какая ты мокрая.
Мои щеки вспыхнули огнем, я просунула руки под юбку и спустила трусы вниз. Он быстро поднял их с пола и осмотрел влажное пятно.
– Похоже, ты тоже чего-то хочешь. – Его губы скривились в злобной ухмылке. – Но тебе придется умолять об этом.
Я посмотрела ему в глаза.
