– Так вы полагаете, что при встрече узнали бы его?
– Думаю, да. Над дверью горит лампа. Его волосы сверкали в свете огня.
– Жаль, я не знал всего этого раньше, – сказал Дэлглиш. – Ведь вам сказали, что мисс Олдридж мертва – возможно, убита. Вы не подумали, что ваше показание может быть важным?
– Я понимала, что вам надо это знать, но подумала, что Октавия все рассказала. Разве не потому вы приехали сюда, не для того, чтоы удостовериться во всем?
– Октавия знала о вашем визите? – Не было нужды притворяться, однако Дэлглиш постарался, чтобы в его голосе не звучало удивление."
"– Знала. Вернувшись в квартиру Алисы, я подумала, что Венис могла внезапно почувствовать себя плохо и потому не пришла. Это было маловероятно, но я не могла спокойно заснуть, не убедившись в обратном. Венис так настаивала на встрече. И я позвонила на Пелхем-плейс. К телефону подошел мужчина – похоже, молодой человек, а затем трубку взяла Октавия. Не объясняя, зачем приехала в Лондон, я рассказала о сорвавшемся свидании. И посоветовала, если мать еще не вернулась, позвонить ей и справиться, все ли в порядке. Октавия сказала: «Думаю, она просто передумала встречаться с вами. Никто из нас не хочет вас видеть. Не пытайтесь влезть в нашу жизнь».
– Ее слова заставляют предположить, что она догадывалась, о чем пошла бы речь при встрече, – сказал Дэлглиш.
– Не трудно догадаться. Во всяком случае, я сделала, что смогла, и легла спать. А утром уехала домой. Люк и Мэри встретили меня на вокзале. Когда вернулись к себе, позвонил Дрисдейл Лод. Он пытался связаться с нами, чтобы сообщить о смерти Венис.
– И вы ничего не сделали? Даже не обмолвились о вашей поездке?
– А что мы могли сделать? Октавия все знала. У нас не было сомнений, что полиция захочет убедиться в правдивости ее рассказа, и вы действительно позвонили и сказали, что свяжетесь с нами. Казалось, разумнее ждать вашего приезда. Не хотелось обсуждать это по телефону.
Как раз в этот момент они услышали шум подъезжающего грузовика. Девочка мигом соскочила со стульчика и, стоя в дверях, весело подпрыгивала и визжала от радости. Как только мотор заглох, она, словно по сигналу, выбежала на улицу. Раздался стук захлопываемой дверцы, звук мужского голоса, и через минуту появился Люк Камминз с дочкой на плечах.
Жена поднялась со стула, спокойно стояла и ждала. Как только Люк ступил в комнату, все члены семьи стали как бы магнитом притягиваться друг к другу. Осторожно спустив Мэри на пол, Камминз обнял жену, а девочка, обхватив ногу отца, прижалась к ней. На какое-то мгновение они застыли живой, сокровенной картиной, из которой Дэлглиш почти физически почувствовал себя устраненным.