Пограничная страж вынуждена остановить этих людей, но их легендарный уровень позволяет им ускользнуть. Граф Адельманн торопится, несмотря на очевидные сроки, ибо его треплет страх предательства. Страх от того, что он может предать своего господина - чувство непрерывно усиливается, несмотря на то, как недавно оно пришло к нему....
Так ещё и у Коляши снесло полголовы. Князь даже представить не мог, что же за артефакт такой в руках у ублюдка.
А Северский, к которому после смерти менталиста явно вернулось зрение, уже вновь перезарядил пистолет и направил его на князя.
Балховский, понимая что сейчас произойдёт, изо всех сил укреплял «Кольчугу».
Выстрел! Сильнейший удар в лоб заставил князя отступить на пару шагов и упереться спиной в стену. Но главное, что «Кольчуга» выдержала.
— Продолжим? — спросил вдруг боярин, что уже снова успел перезарядить оружие.
— Что, не сработала твоя игрушка, и ты сразу договариваться решил? — хмыкнул Ростислав Юрьевич, к которому снова вернулась уверенность в собственных силах. А ещё было мучительно стыдно перед самим собой за пережитый страх.
— Дурак ты князь! — презрительно скривился Северский. — Просто не хочу я тебя убивать. Проблемы будут. А у меня и так, что ни день, так неприятности какие-то. Так что уходи!
— Дело в том, боярин, — заговорил Балховский, одновременно с этим создавая технику «Земляной ладони», — что я хочу тебя убить.
Очередной выстрел снова прозвучал неожиданно. Только «Кольчуга» уже была укреплена до такой степени, что удара пули князь почти не почувствовал. И продолжил создавать технику, что должна была расплющить зазнавшегося боярина. Но не успел.
На улице, прямо над домом, оглушительно грохотнуло. И тут же крышу пробила толстенная молния, что врезалась в пол между князем и боярином.
— Да чтоб тебя! — ругнулся Северский, бросая на пол пистолет, словно он ему руку жёг.
Обрадоваться этому князь не успел, так как понял, что создаваемая техника сорвалась, а «Кольчуга» больше не облегает его тело.
— Ну ничего! — снова зло заговорил боярин. — Я тебя и без оружия прикончу.
— Я ухожу! — поднял руки князь. Умирать жутко не хотелось. А убивать этого пацана теперь не хотелось ещё сильнее. Не каждый день увидишь такое явное предупреждение от Перуна. И игнорировать его себе дороже.
— Чегой то? — язвительно спросил Северский. — Только что же убивать меня собирался.
— Не дури, боярин! — веско произнёс Балховский. — Перун свою волю явил. Значит, не хочет больше смертей.
— Ох уж этот Перун, — скривился Маркус и отошёл в сторону от входа. — Уходи. В следующий раз поговорим.
И князь ушёл. Даже отвечать ничего не стал. Захотелось домой. И не в столицу, а в своё княжество. Где стены помогают, а боги не вмешиваются в дела смертных.
