В этом шокирующем событии "Право на ошибку" рассказывается о бизнес-вузе Михаила Веринского, ставящем главную награду за гениальные идеи и стратегии. Но когда я отказываюсь принимать приглашение, Катя, его жена, подозревает недостатки в команде и личные качества мужа. Опасность кипит внутри这家充满戏剧性的故事。...
Похоже, «(без) Право на ошибку» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И стоит близко-близко. Будто и не дышит. Не смотрит.
Уставилась куда-то в район моей груди, а я любуюсь ею сверху, пытаюсь насытиться этой нечаянной близостью, мечтаю сказать что-то такое, что позволит мне пройти на следующий уровень этого самого сложного в моей жизни квеста «заслужи прощения».
Она вдруг вскидывается, и я вижу в ее глазах смешинки:
— Слушай, Веринский, а что за статья, по которой ты меня уволил?
Это как удар под дых. Не ее слова — а это чуть насмешливое лицо и откровенно-невинный взгляд.
Я неуверенно улыбаюсь в ответ. Просто потому, что это совсем не весело.
— Нарушение трудовой дисциплины, — бурчу, наконец.
— Что-то из того, куда включено аморальное поведение на рабочем месте?
— Да, — мне стыдно. Я бы на месте Насти пришиб себя тут же, а она лишь удивляется.
— О…
И так округляет рот, что мне стоит неимоверных усилий не впиться в него губами.
Уже смеется.
Лифт останавливается. И даже двери открылись, но мы не торопимся выходить. Настя может и торопится — но между ней и выходом стою я, и я и не готов пока сделать шаг в сторону.
Еще секунда, пожалуйста, еще всего одна секунда…
Она с легкостью вытаскивает свою руку из моей и кивает насмешливо:
— Это точно, я знаю толк в аморальном поведении.
И подмигивает. А потом огибает меня, чуть задев плечом, и уходит, бросив напоследок, что дальше она сама.
А я только и могу, что проводить ее взглядом.
А потом спуститься вниз и сесть в машину, приказав ехать домой.
В голове ни молекулы столь нужного сейчас хмеля. Точнее я пьян, но точно не из-за коньяка. Меня колбасит от желания и потребности быть рядом с единственной женщиной, которая настолько идеально мне подходит, что становится страшно.
И от невозможности это сделать.
Я захожу в темную квартиру и включаю везде свет.
Я иду в ванную, надеясь, что контрастный душ хоть немного успокоит меня. Но становится еще хуже. Струи бьют настолько чувствительно, будто по содранной коже, а капли, стекая к вздыбленнному члену, делают эту идиотскую затею похожей на муку.
Я зло выдыхаю и плотно сжимаю член в кулак.
Представляю, что это не я, не моя рука.
