Теплое послеполуденное солнышко ударило ей в глаза. Кира зажмурилась и невольно замерла. Как же все-таки хорошо на улице летом! Даже в центре загазованного мегаполиса хорошо, а уж у них дома в «Чудном уголке» и вовсе красота!
– А следующим летом, говорит, в Аргентину поедет, – услышала Кира старушечий голос. – Целая экспедиция у них намечена, и фильм потом по собранным материалам будет создан. «Тропой древних цивилизаций», – так, что ли, называться будет.
Повернув голову в ту сторону, Кира обнаружила несколько старушек, устроившихся на освещенном солнцем пятачке. Трое из них были самыми обычными пенсионерками, скромно и даже небогато одетыми. А вот одна выделялась из общего серого фона. Несмотря на годы, она была одета в пестрый трикотажный сарафан на тонких бретельках. На голове вместо полотняной панамки или платочка была широкополая шляпа, украшенная лентами. На ногах у женщины красовались белые туфли, даже издалека казавшиеся очень недешевыми.
Одна из сидящих на скамеечке старушек, одетая куда проще, заискивающе обратилась к разряженной старухе.
– И как вы, Марта Гербертовна, не боитесь таких соседей? Ведь у этих людей черт-те что в головах творится! Виданное ли это дело, чтобы человек от своих корней оторвался да и катался бы по миру, словно какое перекати-поле, прости меня господи!
– Совершенно напрасно вы, голубушка, так против наших молодых соседей настроены. Среди них попадаются очень милые люди. Образованные, начитанные. С ними и поговорить есть о чем, не то что…
Марта Гербертовна вовремя замолчала. А ее приятельница даже ничего и не заметила. Она продолжала развивать свою собственную мысль:
– Попросили бы вы своего сыночка, чтобы он выгнал этих бродяг из нашего дома. Того и гляди, сопрут чего-нибудь или пожар нам устроят.
– Никого я просить не буду! И я повторяю, что эти увлеченные молодые люди лично мне по сердцу!
– Ну-ну, – поджала губы вторая старуха. – Дождетесь, что один из этих увлеченных… вам по башке даст и квартиру вашу обчистит! Все, что вам сын купил, все вынесут эти ваши… увлеченные!
Марта Гербертовна поднялась на ноги. Было видно, что она сильно разгневана на неумные слова соседки. У Марты Гербертовны даже ее замечательная шляпа тряслась от злости. Но пожилая женщина умела держать себя в руках. И когда она заговорила, то голос ее звучал лишь чуточку приглушенно.
– Сейчас не прежние годы, дорогая. И выгнать этих молодых людей может лишь сам хозяин квартиры.
