Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Хорошо, что хотя бы нож успела вытащить.
Нож с глухим звуком упал на пол, и Влад ловким движением ноги отшвырнул его к противоположной стене.
— С кухни стащила?
— Да.
— Зачем?
— Я в квартире с мужиками незнакомыми, и ты спрашиваешь, зачем, — устало заметила, мечтая, чтобы он отпустил её.
— Почему кричала? Кошмар приснился?
— Да.
— Какой?
— Влад, пусти меня. Ты меня обезоружил, пришел, я так понимаю, на мой крик. Всё, я проснулась, пусти.
Она не смотрела ему в лицо. Не могла.
Не хотела видеть горящие гневом глаза.
Ей хватало и его запаха. Маша всегда была равнодушна к мужскому парфюму, а тут её пробивало. Или дело не в парфюме?
— У тебя пять минут. Умыться и собраться.
Влад отпустил её, и она, наконец, смогла спокойно вздохнуть. Но от стены не отошла. Как, собственно, и он. Сделал шаг назад, по итогу всё равно ограничивая её пространство.
— Для чего?
— Прокатимся.
— Куда?
— Время пошло, — грубовато бросил он тоном, не терпящим возражений.
Как только за Владом закрылась дверь, Маша сползла по стене. Что это было? Она зажала рот рукой. Сколько себя помнила, но такого фееричного просыпания ещё не доводилось испытывать.
Значит, Влад вернулся. Вроде бы и хорошо. Может, теперь её не будут караулить круглосуточно.
А вот что он делал у неё с утра пораньше? Пусть квартира принадлежит ему, это не дает право врываться в её личное пространство.
Время, отпущенное ей, шло. Маша не собиралась опаздывать. Умылась, причесалась, джинсы и свежая футболка. Ей катастрофически не хватало гардероба, она вчера потратилась немного, купила самое необходимое. Теперь денег на карте почти нет. И где их взять — вопрос. Мама отдала свою карту.
— Тут около двухсот тысяч.
— Мам, откуда?
— От верблюда, дочь.
Иногда мама Машу выбешивала.
Деньги матери она трогать не собиралась.
Волосы она помыла накануне, поэтому собрала их в привычные две «шишки» на голове. Посмотрела на себя в зеркало. И чего мужикам от неё надо, а? Симпатичная, но до красотки, от которой теряют голову, ох, как далеко.
