Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Маша открыла рот, чтобы дать достойный ответ, поняла, что его нет, и закрыла, снова отвернувшись к окну.
Они ехали минут десять. Въехали в некую закрытую зону, где их встретил блокпост с вооруженными людьми. Влад опустил окно и о чем-то негромко переговорил с охранниками. Им открыли, и они проехали дальше.
Маша частично оказалась права, они приехали или на полигон, или на какую-то военную базу.
— Влад?
— Не выдумывай ничего лишнего, Маш. Это официально зарегистрированный частный полигон.
Частный?
— Твой?
Влад открыл дверь, спрыгнул на землю.
Она с шумно колотящимся сердцем наблюдала, как Влад снова обходит машину и открывает ей дверь. Протягивает руку. Маше снова пришлось её принять. От греха подальше. Оказавшись на земле, она огляделась. Несколько мужчин в черном патрулировали территорию. Виднелся загон для собак.
— Так для чего мы сюда приехали, Влад? Ответь мне, пожалуйста. Я с места не сдвинусь, пока не услышу ответ.
Она приняла неверное решение — ставить условия, когда Влад находится в опасной близости от неё. И её рука по-прежнему удерживается его.
— Я же сказал, Особенная, не выдумывай лишнего. Тебе надо расслабиться. Постреляешь немного в тире или на стрельбище. Выпустишь пар.
глава 8
Влад и сам соскучился по стрельбе в тире. Закружился последние недели, не тренировался.
Он старался выбираться, не запускать себя и приобретенные навыки. Никогда нельзя забывать, где ты живешь и с кем общаешься.
Влад любил стрелять. У него в доме тоже имелся тир, но он предпочитал приезжать на полигон. Дополнительно пообщаться с парнями никогда не помешает. Мозги проветрить. Стрельба его успокаивала.
Его как-то раз спросили, почему в его команде нет девушек. Он отшутился, подтвердив теорию о собственном шовинизме. На деле всё очень просто — красивая девушка с оружием возбуждала его вдвойне.
Привезти Машу на полигон оказалось крайне увлекательной идеей.
Она обрадовалась, когда поняла смысл его затеи.
— Пострелять? Ты серьезно?
Она ему не то, что не верила — не доверяла. Её недоверие шло на интуитивном уровне, она не желала его пускать ближе.
И это подбешивало Багровского.
Спать с ножом под подушкой в его квартире! О чем и чем, мать вашу, она думала? И думала ли вообще.
Влад едва не сорвался. Там, в спальне. Тормознул себя в последний момент.
