Влад глубоко дышит, прислонившись к холодной стене узкой подворотни. Мать его вдова бешеной яростью смотрит на него — и он знает, что она сделает все возможное, чтобы дочь ее была рядом. Этот пространственный постапокалиптический мир не нуждается в выборе — лишь жить или умереть....
Бутон едва раскрывшейся розы, которую надлежит холить и лелеять.
Маша вцепилась ему в волосы, сильнее вдавливая в себя.
— Пожалуйста…пожалуйста…
Она была на грани. Он языком ощущал, как набухли её складки, как она дрожит в его руках, несмело вдавливая бедра в него.
Влад глухо застонал и…оторвал себя от неё. Резко откинулся на спинку ванны и потянул Машу на себя. Та сразу же без лишних слов поняла, что от неё хотят. Она и сама хотела того же…
Насадила себя на него и плавно задвигалась, откинув голову назад.
Прекрасна…
Невероятна…
Влад поймал губами её сосок, втянул в себя, сжимая сильнее бедра Марии.
Да, милая…вот так…вот так…
глава 17
Маша поправила лямку бюстгальтера, что немного слезла под блузкой и посмотрела на своё отражение.
Легкий макияж, небрежно собранные в «косу» волосы, черные брюки и бирюзовая блузка. Этой блузки у неё в гардеробе не было. Влад подарил. Она отказываться не стала. Красивая и на ощупь просто невероятно приятная.
Они собрались в ресторан. Вот и туфли пригодятся. Маша улыбнулась.
Чтобы Влад смотрел только на неё.
Кажется, она сходит с ума.
Маша дотронулась ладонями до щек. Что-то происходит. С ней. Вокруг.
Они на базе уже третий день, и она полностью растворилась в отношениях с Владом. Пусть и сексуальных. Маша не представляла, что сексом можно заниматься настолько часто. Утром по пробуждению, когда ещё сонная, а тебя тянут…в тебя проникают… медленно, настойчиво. Растягивая, подстраивая под себя. В течение дня — поцелуи, ласки, перерастающие в более откровенные прикосновения.
Маше казалось, что всё, она не сможет ни руку поднять, ни принять Влада. Но каждый раз он пробуждал в ней чувственность, и она сдавалась ему.
Её смущало лишь одно — Влад не использовал презерватив, практиковал прерванный половой акт. У неё даже раз мелькнула мысль, что он как-нибудь кончит в неё. Она забеременеет и ком проблем увеличится. Потом одернула себя — а для чего ему её беременность?
Они отдыхают.
Вот это «только» и смущало её.
Час назад она разговаривала с мамой. Та пребывала в отличном расположении духа, подтрунивала над ней и снова требовала родить внука.
— Быть молодой мамой — это круто! И молодой бабушкой — тоже! Я нянчиться буду, а вы тусить.
— Мама, какое тусить…
— Ладно, тогда я просто буду нянчиться.
Маша не готова сейчас рожать. Для своего ребенка она хотела другой жизни. Стабильной. Где есть мама и папа, любящие друг друга.
