— Это тут при чем?!
— А ты не видишь, что она ребенок еще? Посмотри внимательнее! Я один это вижу?!
— Олег, она просто… похудела очень. И…
— Что «и»? Выглядит на тринадцать?!
— «Выглядит»! Не является! Не надо загоняться, Олег.
— Уйди. Ты ничего не знаешь о ней.
Вырубает. Фоном слышу их переругивания.
Его губы на моих пальцах, он шепчет мне что-то успокаивающее.
Я постанываю. Всё затекло. Сил двигаться так и нет. С трудом разлепляю веки, всё плывет.
Вижу его синий-синий взгляд, тревожно ищущий что-то в моем.
— Попить…
И пока я делаю еще пару глотков, он гладит меня по волосам. Всё начинает снова уплывать.
— Моя маленькая…
И мне, как маленькой хочется сказать ему, что я уже взрослая. Но его слова так пронзительно открыты… Что я начинаю действительно чувствовать себя маленькой. Из моих глаз зачем-то текут слезы.
Чувствую его пальцы. Он аккуратно убирает пряди волос с моего лица. Мне очень хочется отключиться от его чувств. Они рвут мою грудную клетку, болезненно отдавая в живот страхом. И я отталкиваю его руки, прячась в подушку.
Мне сниться какой-то сон, в нем его шепот и мне, возможно, даже нравился бы этот сон, если бы в нем не было столько боли.
— Олег…
— Ну что?!
— Вторые сутки… Это же ненормально! Пусти меня к ней.
— Нет.
— Почему?!
— Потому что это всё мы виноваты — ты и я. Не надо ей больше с нами…
— Ты чего несёшь?! Я люблю её!
— Я тоже люблю, но она — ребенок.
И я вас люблю… очень-очень!
Вот проснусь и вправлю обоим мозги.
Но это потом…
— Не сходи с ума, Аронов!
— Я вменяем как никогда, Крис.
* * *— Ключ мне отдай от сейфа! — требовательный шепот Крис.
— С чего вдруг? — Олег.
— Лёша, скажи ему! — умоляюще.
— Я не идиот, Крис. Успокойся. Не таким способом.
— Просто отдай ей этот долбанный ключ! — Демченко. — Пусть успокоится!
— Это моё оружие, я за него несу ответственность и ключ останется у меня. Вопрос больше не обсуждается.
— Попить… — прошу я, и чувствую, как все приходит в движение.
Вода, теплые, ласковые руки, сон…
Кайф!
* * *— Женечка… Это коктейль… нужно чтобы ты поела… — я чувствую пластиковую трубочку у своих губ и делаю несколько глотков.
Больше не хочется. Открываю глаза, ловя его внимательный взгляд. — Просыпайся, моя девочка.
Подтягиваю под щеку, его руку, обхватывая кистью большой палец, чтобы он никуда не ушел.
Мне хочется успокоить его, но на его лице ужас. Он закрывает глаза и, словно не веря себе, качает головой.
И я что-то говорю ему, но это во сне… Он целует мой висок.
