Потом улица, машина…
— Мой рюкзак… — сворачиваюсь я на переднем сиденье, поджимая голые ноги под его черное пальто.
И что-то опять происходит вокруг. Голоса, люди…
Мы едем куда-то.
Я что-то неосознанно несу, не открывая глаз. Мне щекотно под носом, я пытаюсь стереть это ощущение, размазывая что-то мокрое и липкое по лицу. Демченко периодически срывает и вколачивает кулаки в руль, притормаживая и пытаясь меня успокоить.
Успокаивать меня не надо… Я в раю!! У меня все зае*ись, игра была веселая… Я выиграла!
Но Лёха не в себе и пытается что-то отвечать на мой бред.
Меня выключает… выключает… выключает… стробоскопы, карусели, невесомость… чувствую запах квартиры Олега. И прохладную поверхность кровати.
Дома!
Всё…
Аут.
Глава 11 — Каталепсия
Попробуй разбить меня — ты не поверишь глазам,
Попробуй сломать — ты скорее сломаешься сам.
Холодный и твёрдый в израненных пальцах — орудие неандертальца.
Согнуть меня даже гораздо сложней, чем сломать,
Я маленький камень — зато я умею летать.
Холодный и острый осколок гранита,
Смерть Голиафа в руке Давида.
По мне ударяют железным прутом,
Но я камень — холодный и твёрдый гранит,
Я падаю, не разбиваясь, потом
Мне не больно — я делаю вид…
Встревоженные голоса и шум проникают в моё отсутствие сна и на ровной темной глади идут какие-то круги и другие всплески. Всё ломит… горло сводит от жажды… Но больше всего хочется спать. Прячу лицо в подушку, обнимая крепче ее руками.
— Женечка… — словно скальпелем по внутренностям…
Пальцы, чуть касаясь, проходятся по моим плечам, обжигая жаром.
Становится гораздо больней, но на порядок спокойнее. Хотя казалось, что более спокойно мне уже быть не может. Жалобно мычу в подушку.
— Не надо…
Вырубаюсь опять в свою кому.
— Олег… — голос Лёхи. — Не буди её.
— Какого… случилось?!
— Я не знаю, — Лёха… расстроенно…
— Ты, б*ять, не знаешь?! Ты забирал её оттуда!!!
— Да не орите! — шикает на них Крис. — Уйдите пока…
Её теплые губы гладят мою спину. Ложится лицом сверху обнимая меня. Это здорово…
— Малышка… — шепчет она мне, — проснись на секундочку… Что там случилось?
Мне снится, что я рассказываю… а потом снова не снится ничего.
* * *Чувствую сквозь сон, как Крис чем-то прохладным смывает с меня макияж, периодически тихонечко зацеловывая мое лицо. Это больно…
Чувствую движение в комнате…
Чувствую его обжигающие руки…
— Женечка… — как удар в солнечное сплетение.
Гораздо больнее чем моё разбитое лицо. И я начинаю жалобно хныкать сквозь сон.
