В бездну бешенства — лишь убийца, оглашающий криками свою злобу. Тело поглощено невыносимой яростью мозга, а отсеченная голова не подвластна даже магическим способностям защитника. В этой тишине — лишь жестокий ад внутри бешеного сердца.
И меня тащит, и все мои вещи. Как бы помощник потом не присвоил себе часть оружия.
Вон, моё копьё ему точно понравилось. Попытавшийся на нас напасть ящер саженной длины был мгновенно отогнан несколькими точными тычками в чешуйчатую морду. Удача пока нам сопутствует. Других хищников и тем более ходоков-великанов сегодня дорогой не встретилось.
Ночь опять переждём среди скал. В этот раз я заметил, как Шикаш рассыпал вокруг нашего укрытия какой-то порошок. Что с зельями на Суши не знаю, но отпугивающее хищников средство на вооружении у кошколюдов имеется.
– Куда мы идём? – спросил я и тут же понял, как по-дурацки оно прозвучало.
Идём? Я-то точно никуда не иду. Меня тащат. Но Шикаш понял.
– В мой дом. К мой семья. Уже завтра. Сейчас надо есть.
Отличные новости. Один кошак – хорошо, много – лучше. Раз местные зверолюди настроены дружелюбно, попасть в их поселение – лучший вариант из возможных. И отлежаться спокойно смогу, и всё, что нужно мне про Сушь знать, у них выведаю. Но кроха сил уже есть.
– Почему ты меня называешь идун? – убедившись, что скормленная мне кошаком пища не лезет обратно, спросил я Шикаша.
– Идуны идти Путь, – сообщил зверолюд. – Массахи, Гравы, Тушкаты и все остальной просто жить.
Теперь ясно. Сокращение от «Идущего по Пути». Но то праздный вопрос, а вот важный задам, пока силы не кончились, следом.
– А ходок? Он же был идуном? Как он стал таким?
Всего десять слов, а едва сумел выговорить.
– Ходок в Бездну ходить, – объяснил кошколюд. – Хотеть луч на лоб, но не взять его. Идуны – все лучи собирать, но не все получать. Кто не взять – тот ходок стать.
Так вот оно что… Бездна на Суши не убивает, а превращает в безмозглых гигантов. Ну надо же… На Земле и в Предземье, как было? Прошёл испытание Бездны – получи дар в награду. А здесь что?
– Лучи? Что ещё за лучи?
– На лоб, – ткнул себя в упомянутую часть лица Шикаш.
"Все, да не все. Мне хотелось ещё порасспрашивать зверолюда, но мир снова начал кружиться. Силы быстро закончились. Я опять начал проваливаться в полуявь-полусон. Перед помутнившимся взором возникла нора. Та странная, треугольная, которую я нашел здесь, на Суши. Значит, надо было тогда в неё лезть.
