– Послушай себя. Он уже столько раз обижал тебя. Заставил расстаться с парнем в школе. Причем дважды. Выгнал из Тодос-Сантоса. Нанял, чтобы ты выполнила какую-то сомнительную просьбу. Что еще он должен сделать?
Вздохнув, я едва заметно кивнула и рухнула в объятия младшей сестры. А затем рассказала ей о квартире Дина, о Сочельнике, о нашем свидании, продлившемся весь день, и прочих секретах, которые собиралась поведать ей.
– Засранец, – гладя меня по волосам, прошипела она, пока я рыдала ей в плечо, чувствуя, как мои кости и мышцы превращаются в желе.
Но при этом я не упомянула ни о Дэриле, ни о Джо, ни о завещании. Кажется, я не могла перестать лгать, когда дело касалось Вишеса.
Лгать не только всему миру, но и самой себе.
* * *День похорон тянулся бесконечно. Я сидела на диване, ела фруктовую пастилу, свернутую рулетом, и пересматривала фильмы с Джином Келли. Я нуждалась в добром, вызывающем симпатию и влюбленность персонаже, чтобы попытаться забыть одного озлобленного и меланхоличного мужчину.
Да, я обижалась, но и не стала бы мстить за то, что сделал Вишес.
Меня так и подмывало ответить на его звонки. Его отец умер несколько дней назад, и, несмотря на все произошедшее и чувства, которые Вишес испытывал к нему, Байрон-старший оставался его последним родным человеком.
Но каждый раз, стоило мне хотя бы покоситься на свой телефон, Маленькая Рози хватала его и качала головой.
– Нет. – Она вскочила на ноги посреди гостиной и зарычала – по-настоящему зарычала – на меня.
– Наверное, он сильно переживает, – пробормотала я, но это прозвучало вяло и удрученно.
А я старалась не поддаваться этим двум чувствам. Ну, как правило.
– Ему плевать. И ты прекрасно это знаешь.
– Верни мой телефон. – Мне уже надоело это повторять. – Это же нелепо. Хоть Вишес и ранил мое драгоценное эго, это не означает, что он заслуживает подобного обращения.
После этих слов на лице Рози отразился настоящий гнев.
– Жаль, что он считает иначе. Вчерашний вечер перед днем похорон он провел в баре отеля «Виньярд», потягивая напитки вместе с Джорджией.
Там работает моя подруга Ясмин. И она сама их обслуживала. А затем они поднялись в его номер.
Должно быть, на моем лице отразилось такое омерзение, что Рози тут же вернула мне телефон.
Мне некого винить, кроме самой себя. Некого.
Я почувствовала, как у меня задрожал подбородок. Вот что сотворил со мной Вишес. Он сломал меня. В который по счету раз.
