Огромный камень упав на сердце: одна слеза на лице девушки вызывает непрекращающуюся злость в душе Безопасника. Он задумчиво смотрит, как девушка вытирает платком шоколадную кляксу с лица. В этот момент он понимает, что его судьба – быть вечным исповедником её грехов, готового на всё ради молчаливого проступка....
Буду менять белье – тебя обязательно приглашу.
Она ляпнула, не подумав. Как только сказала, сразу замерла.
– А ты точно пригласишь? – мужские глаза чуть прищурились, вызвав неожиданную реакцию в теле Ники – предвкушающую дрожь.
Прежде чем ответить, девушка попыталась урезонить разбушевавшийся организм.
– Приглашу.
Тогда ещё Ника не понимала, что этот его вопрос станет невозвратной точкой отсчета чего-то большего.
Впервые Беркутов предоставлял ей выбор.
Они смотрели друг на друга, держась за противоположные углы одеяла.
Казалось, даже воздух в комнате потяжелел, стал более осязаемым.
А Ника продолжала стоять и улыбаться.
Егор же смотрел на неё более внимательно, более пристально, словно что-то решал.
– Тогда я буду ждать приглашения. Так, а теперь марш под одеяло. Нечего перед голодным мужиком щеголять своими прелестями.
Ника хотела возмутиться, сказав, что на ней халат. Она опустила взгляд вниз и ойкнула.
– Егор, дай мне, пожалуйста, тогда и твою футболку. В чем я буду спать?
– Голенькой.
И почему она не удивилась его реплике.
– Егор, футболку."
"От мысли, что они оба улягутся в постель обнаженными, дрожь в теле усилилась. Нет, пока Ника к такому не готова. Абсолютно.
«Нечего стоять перед голодным мужиком»…
Он хотел продолжения?
Если честно, Ника, наверное, тоже не отказалась бы.
Поэтому только спать.
Егор, продолжая отчего-то довольно усмехаться, снова направился к бельевому шкафу.
– Значит, футболка.
– Ну, да.
Он, выходя из ванной, надел свободные домашние штаны, сидящие на его бедрах порочно низко.
С другой стороны, почему бы ей и не любоваться им?
Она только что стала его любовницей. Сердце защемило с новой силой.
Любовница. Какое многогранное слово. Сколько всего в себя вмещает.
Любовницей Ника никогда не хотела быть. Подругой. Любимой. Невестой.
А спрашивать, кем она приходится теперь Егору – глупо.
