В пещере из чёрного базальта, где солнце лишь слабо бьётся сквозь тёмные стены, мужчина пытается говорить ровно. Даже ребёнок в это мгновение вырывается из его внимания. Полдень миновал, но сумерки уже крадутся в Тронный Зал под песками. Слуги зажигают свечи, их свет мягко танцует по доскам и шёлку, переливающемуся как огонь из ночи....
Даяну и Айле достались мамины.
– Вы и шагу дальше не ступите. Не заставляйте меня вас позорить и вышвыривать из дворца силком, – твёрдым тоном высказывается Шиун.
Привлечённая недовольством теялийского принца, я иду на голос. К счастью, не успеваю свернуть в последнюю арку, – ответ Айлы звучит раньше, и я моментально замираю на месте.
– Ты не можешь препятствовать в моём желании увидеться с сестрой, – резче, чем когда-либо отвечает Айла Шиуну. – Не смей держать её здесь насильно.
– Я и не держу.
– Тогда дай пройти!
– Нет.
Я прислоняюсь к стене, продолжая подслушивать. Мне хочется выйти к сестре и самой её успокоить, но я сдерживаю это желание, зная, что ещё рано.
– Хоть ты этого и не понимаешь, но я делаю это ради твоего же блага, Рушан.
По спине поднимается дрожь. Отпрянув от арочного проёма, я отхожу подальше, теперь вдвойне страшась желания выйти и увидеть пришедших. Рушан если и находится там, то молчит.
– Я провожу вас к выходу, – тем же не терпящим возражений тоном произносит Шиун.
Айла что-то отвечает, но я как можно быстрее ухожу в другой конец дворцового комплекса, чтобы вновь попытаться справиться со своей проблемой. Каждый день я пробую притягивать тени, но отзываются единицы. Остальные я тяну насильно, но стоит мне ослабить хватку, и они как угри расползаются и прячутся, сливаясь с тенями от деревьев.
Эта беспомощность душит меня, будто я лишилась части себя. Смогу ли я как раньше призвать сумерки посреди ясного дня? Смогу ли питать своих друзей, придавая им сил? Или позвать обычные тени, если мне понадобится их защита?
Вспоминаю о теневом псе, который постоянно ходил за мной в детстве.
Что мне сделать, чтобы снова стать собой?
Этот вопрос становится раздражающим, беспрерывно крутится в голове всё быстрее, превращаясь в круговорот, от которого меня начинает тошнить.
Я сворачиваю в уже хорошо знакомый сосновый сад и одёргиваю многослойную юбку, когда та неудобно цепляется за ноги при быстрой ходьбе. Подхожу к деревьям, хватаюсь за отбрасываемые стволами тени и намеренно сильно тяну весь имеющийся полумрак на себя, стремясь создать привычный туман тьмы.
