В пещере из чёрного базальта, где солнце лишь слабо бьётся сквозь тёмные стены, мужчина пытается говорить ровно. Даже ребёнок в это мгновение вырывается из его внимания. Полдень миновал, но сумерки уже крадутся в Тронный Зал под песками. Слуги зажигают свечи, их свет мягко танцует по доскам и шёлку, переливающемуся как огонь из ночи....
Я скрываю улыбку, заталкивая в рот больше фруктов.
– Из тебя удивительно достойный король, хотя советчик всё равно так себе.
– А из тебя удивительно преданный Назари, хотя как принц ты был бы занозой в заднице.
Мы довольны обменом колкостями и какое-то время едим спокойно, наслаждаясь теплом горячего напитка.
– Что ты чувствуешь после того, как всё открылось? Не жалеешь? – я откидываюсь назад на мягкие подушки.
– Ты про то, что всем теперь известно о моём отце – бывшем короле Теялы?
Насмешливо наклоняя голову, Рушан будто специально напоминает о своём статусе по праву рождения.
– Нет, не жалею, – в итоге делится он. – Стало легче. Теперь мне нечего скрывать, не нужно думать об этом.
– Как ты понял, что она у тебя есть? И почему не сказал мне?
Он кладёт в рот кусочек инжира, сводит брови и медленно жует.
– Не хотел тебя тревожить, да и применять я его никогда не собирался. Я начал ощущать его лет в двенадцать. Как неясный сгусток внутри. Временами я думал, что это Дар Тьмы, который я просто ещё не понял. Но как бы я ни пытался его применять – ничего не получалось. Я и не думал, что для его использования требуется физическое прикосновение.
– То есть она знала, что у тебя такая же способность?
– Нет, – Рушан качает головой. – Вначале я как друг просто выслушал, что её пугает наличие этой способности. Но чем больше Суа рассказывала про свои ощущения, тем больше я понимал, что чувствую нечто схожее. Тогда под видом чистого интереса я расспросил обо всех теялийских знаниях по поводу этой силы.
Я отставляю пустую чашку, поднимаюсь, желая наконец сменить грязную форму на нормальную одежду.
– Даян, – поспешно окликает меня Рушан.
